Жена моего брата

От родного отца, до премьер-министра, который лично просил меня продать футбольный клуб, а я отказался.

— Не знаю. Это длинный список.

— Начните с наиболее вероятных недоброжелателей.

— Клянусь, я не знаю, кто мог бы украсть моего ребенка, — отвечал я, совершенно теряясь. — Бизнес дело грязное, но ведь и требований мы не получали.

— Это пока, — отвечал мне следователь.

Лиза сидела на диване белая, как мел. Она не плакала, но следила глазами за всеми, отвечала на вопросы, когда к ней обращались.

— Куда ты? — проговорил я в безжизненные глаза любимой женщины.

— Дай ключи от машины.

Лиза протянула руку. Я манул головой, отказывая.

— Нет.

— Не могу здесь сидеть, Артур. Хочу уехать.

— Зачем? Опять убегать от проблем? Не получится. Мы должны быть здесь.

— Я поищу его. Не могу сидеть дома, когда…

Жена всхлипнула, и я прижал ее к себе.

В этот момент в дверь постучали. Я открыл. На пороге стояла моя мать.

— Агния, — прошептала Лиза, вытирая слезы.

— Здравствуй, — с холодной надменностью приговорила мама. — Могу я пройти? Есть важные новости. Алану некогда сейчас. Я посчитала, что вы должны знать.

Разумеется, следователь пожелал присутствовать при разговоре. Мать не противилась.

Она прошла в кабинет и села в мое кресло, как королева.

— В день, когда ты сбежала с Ваней, ко мне пришла Ирина, — начала мать, глядя исключительно на Лизу.

— Ирина? — переспросила жена, а я вот понял сразу.

— Ирина Козлова?

— Да.

— Первая любовь и вечная любовница Марата, — объяснил я Лизе.

— Та блондинка?

Мать закивала.

— Да, она сказала, что встретила тебя, и ты украла ее ребенка. Просила помощи, потому что отец ей отказал.

— Какого ребенка, мам? Что за бред сумасшедшего? — не выдержал я.

— Обычный бред, Артур. Ира немного поехала головой после смерти Марика. Она его так любила… — мать всхлипнула.

— Или любила вместе с ним любить дурь, — не сдержался я.

Агния всплеснула руками, повысила голос почти до визга.

— Что ты за человек, Артур? Он ведь твой брат. Что ты, что она — два сапога пара. — мать кивнула на Лизу. — Даже на могиле не были.