Жемчужная невеста

– О вашей шпионской деятельности мы поговорим позже, – ответил Аргвар.

– Разумеется, – устало кивнула."

"Похоже, об этом мы поговорим уже в присутствии императора, но так даже лучше. Вряд ли мне хватит сил повторять всё по нескольку раз. Плетения Ангаарха и так сдавливали горло, едва заходила на запретную территорию, выдавая его тайны.

Если бы не защита каземат, я давно была бы мертва. Повелитель не прощал предателей и жестоко их карал.

– Вы сказали, что безликие – жрецы повелителя Охотников, – напомнил Аргвар, переводя разговор в нужное русло, – правильно понимаю, что все члены культа имеют в роду Охотников?

– Магом Мёртвого пламени может стать только женщина, выносившая Охотника, – вновь кивнула, – во время беременности плод незаметно меняет нашу Силу и ауру.

Раньше Ангаарх лично дарил магию безликих своим фавориткам, и получившие искру Мёртвого пламени из его рук были намного сильнее других шаманов.

– А скверна...

– У меня абсолютный иммунитет, – ответила, перебив Аргвара. – Магия безликих защищает от скверны. Пока я использую плетения Мёртвого пламени, мне не страшны ни монстры Пустоши, ни её туманы.

– Выходит, ваша устойчивость временная? – уточнил Суарес.

– Да..., – нехотя призналась, – зато я могу «делиться» ею. Безликие не соврали лишь в одном, их магия действительно долгие годы помогала мне смягчать приступы сына и ослаблять его чудовище.

– Почему повелитель не помешал вам? – удивилась Алория. – Если он знал о том, что вы намеренно сковываете чудовищную ипостась сира Балтимера...

– Его это развлекало, – зло процедила, – владыка Мёртвых туманов любит наблюдать за чужими страданиями. Он хотел, чтобы Бран проиграл этот бой, добровольно принял монстра внутри, сдался, сломался.

Сын хотел что-то добавить, но неожиданно захрипел и схватился за горло, словно его кто-то душил. Зелёные нити вокруг рта вспыхнули могильными огнями, а узы блокиратора впились в кожу голодными пиявками.

– Бран! – схватив его за плечи, с отчаянием посмотрела на Аргвара. – Помогите! Во имя Пресветлой...

– Это скверна, – первым очнулся Суарес.