Жемчужная невеста

Я, с моим деятельным и властным характером, и томный мечтатель, талантливый поэт и племянник императора Вэрселии. Наши отношения развивались стремительно, и уже через месяц после знакомства мы поженились, а спустя восемь лет родился Бран и мой мир разбился на осколки.

– Как вы узнали всё это, если информацию о случившемся засекретили? – спросил Аргвар.

– После родов Ярину объявили сумасшедшей и изолировали от сына, – пояснила, – но когда выяснилось, что ребёнок родился обычным, им позволили иногда видеться.

В одну из встреч, мать Марио передала ему этот браслет и взяла обещание никогда не расставаться с ним. Вскоре после этого она умерла при загадочных обстоятельствах...

– А на совершеннолетие отца появилась в виде призрака и рассказала правду, – добавил Бран, – только... он вначале не придал этому значения. Посчитал, что бабушка и впрямь была сумасшедшей...

Беспечность, граничащая с идиотизмом. Уже не счесть сколько раз я проклинала мужа за этот поступок, ведь если бы он рассказал мне обо всём, наша жизнь могла сложиться иначе…

– Марио не предупредил, что перед родами я должна была спеленать чудовищную ипостась ребёнка специальным заклинанием, – обречённо простонала, – а когда вскрылась правда, было уже слишком поздно.

– Леди Балтимер, когда вы поняли, что ваш сын Охотник? – спросил Аргвар.

– Почти сразу после рождения, – с тоской прошептала, – сама беременность протекала без осложнений и в первый месяц после родов всё было замечательно, но затем Бран внезапно заболел.

Мы сменили пятерых целителей, но никто не мог найти причин лихорадки. Лечение не помогало, сыну становилось только хуже, а к концу второй недели болезни я заметила вокруг его рта зеленоватые нити скверны...

Я вздрогнула и обхватила себя за плечи. От горьких воспоминаний горло сдавило спазмом, а по щекам ручьями потекли слёзы.

– Я была в отчаянии, – с трудом продолжила, – знала, что скверна неизлечима, поэтому тут же выгнала всех лекарей.

Не хотела, чтобы отобрали моего малыша и заперли... в подобной тюрьме, – просипела, окинув камеру злым, обречённым взглядом. – Готовилась к худшему. Но тут Марио неожиданно вспомнил о браслете Ярины. Он сохранил его, хоть и не поверил предупреждению, – я судорожно сжала украшение, перебирая фиолетовые камни словно бусинки на чётках, – мы использовали плетение, с помощью которого Ярина запечатала чудовищную ипостась Марио.