Запретные воспоминания

"

"То, что все это валялось прямо на полу, могло означать только одно – в сумку, а потом и в косметичку кто-то влез, воспользовавшись тем, что Влада оставила вещи без присмотра. Вообще-то в сумке лежал еще и кошелек, и оставить ее без внимания было верхом головотяпства. Ругнувшись на себя и свое странное состояние, ставшее причиной несвойственной ей беспечности, Влада полезла под стол собирать свое добро. Большая кожаная синяя косметичка, скорее даже папка, в которую Влада складывала документы, тоже оказалась открытой, зато кошелек был на месте, впрочем как и все остальное содержимое.

– Пропало что-нибудь? – спросила Инна.

– Если пропало, то я Дениса вызову, надо будет в полицию, наверное, обратиться, – поддержала ее Настя.

– Нет, на первый взгляд, все на месте, – немного нервно ответила Влада, вернулась на стул, еще раз придирчиво покопалась в содержимом сумки, привела там все в порядок и убедилась, что ничего не пропало. – Я просто не закрыла отделения, по которым у меня все разложено. Обычно так не делаю, но последние два дня все вообще очень странно, поэтому я даже не удивляюсь.

После этого маленького происшествия они выпили чаю с очень вкусными десертами, которые в «Буратте» тоже были на высоте, и распрощались, весьма довольные друг другом. Садясь в машину, Влада боковым зрением заметила какую-то знакомую фигуру и вгляделась получше. Через три машины от нее в свой автомобиль усаживался Олег Тихомиров. Странно, в ресторане Влада его не видела.

Впрочем, как именно заместитель главного врача по хозяйственной части проводит свой досуг, ее совершенно не интересовало.

Езда за рулем всегда успокаивала ее, отвлекая от неприятных мыслей. Вот и сейчас, несмотря на вполне приятный вечер, она вновь чувствовала какое-то странное, идущее изнутри чувство, названия которому не знала.

Искушение залезть в WhatsApp и проверить чат с Владимиром Радецким оказалось сильнее голоса разума. Тот почему-то вообще отключался, когда речь заходила об этом человеке. Он был в сети, и Влада тут же испытала острый укол разочарования оттого, что он общался с кем-то другим, не с ней.