Закон Северо-Запада

Вы привыкли судить о вещах по их внешнему облику, не догадываясь об их внутренней сущности…

Внезапно я осознал, что голос звучит у меня в голове, а не доносится извне. Осм держал меня за руки и напрямую вкачивал мне в мозги информацию о своем народе…

– «Осм» – это не сокращение от слова «осьминог». Эта аббревиатура изначально означала название программы «Оборонные специализированные мутации». В рамках этой программы создавалось множество организмов, наиболее приспособленные из которых дожили до наших дней.

Практически все чудовища этого мира являются потомками тактических монстров, специально выращенных в засекреченных подземных лабораториях Москвы. Мой народ уже много лет живет в одном из таких огромных бункеров и ждет своего часа, накапливая информацию. Многие из нас годами живут на помойках, но это лишь маскировка. Так нам удобнее наблюдать за людьми. Лучший разведчик тот, кого считают неполноценным. Но на самом деле мой народ мудр, и можем мы многое. Например, общаться друг с другом телепатически, касаясь друг друга…

– Чего тебе надо? – прервал я поток чужих мыслей, от которых у меня начала ощутимо болеть голова.

– Я вижу твой план, хомо, – прошелестел осм. – И хотел бы внести в него кое-какие изменения.

– Зачем тебе это надо? – поинтересовался я.

– Мой народ уже два века ждет своего шанса. Мы не можем бездумно рисковать членами своего клана, у нас большие проблемы с репродукцией. Но сейчас мне кажется, что у нас появился такой шанс.

– Валяй, рассказывай, – поморщился я. – Только побыстрее, пока у меня мозги не лопнули от концентрированной мудрости твоего народа.

Я почувствовал волну неудовольствия, исходящую от осма. Но мутант стерпел мой непочтительный тон и продолжил:

– Шамы умеют подавлять волю своих врагов и убивать их на расстоянии. Мы же умеем управлять врагами. Но только теми, кто уже стал нашей пищей.

– Не понял…

– У моего народа внешнее пищеварение, – пояснил осм. – Вначале мы впрыскиваем свою слюну в огрызок, найденный на помойке.

Или в вены врага. После чего пища медленно переваривается до тех пор, пока не становится съедобной. Но наша слюна не действует на мозг жертвы. Зато на него действует наша воля. Пока еда способна ходить, мы можем управлять ею, причем на расстоянии, не касаясь ее. Очень удобно. Ты собрался куда-нибудь, а за тобой идет твой рюкзак с продуктами.

Я невесело хмыкнул. Действительно удобно.