Законы стаи

"

"Сперва он фыркал и ни в какую не хотел брать меня с собой. Но у него было одно хорошее качество – он не был упертым бараном. С ним можно было договориться. Выслушав мои доводы, буркнул:

-- Черт с тобой! Только учти, придется сейчас бросить все дела и идти искать это самое место. Приметы мне Марус дал хорошие, но мы-то не местные. Я даже не представляю, где на берегу искать этот самый медвежий камень. Так что бросай свое белье и пошли. В конце концов, сегодня выходной. Могу я свою невесту погулять сводить? – хмыкнул он.

Это было хорошим решением – пойти вместе. Именно я и увидела торчащую из моря скалу в форме медведя с задранной мордой.

Глава 24

Глава 24

ОСКАР

Впотьмах мы еле-еле разглядели эту самую скалу – спасибо вовремя посветившей луне.

Берег здесь был каменистый, место нежилое. Кроме того, я все же не полностью доверял Марусу. Конечно, я спас шкуру и ему, и его сыну, но мне ли не знать, как быстро люди забывают добро.

Мари я оставил дожидаться меня за большим валуном – мало ли, что и как сложится.

Марус оказался даже порядочнее, чем я думал. Я предполагал, что он расскажет «полуграмотному рыбаку», где и в какой стране легче пристроиться, где законы поудобнее, как туда добраться подешевле, и всякое такое.

Однако, поздоровавшись с Мари, он вдруг спросил у меня:

-- Ты не один бежать собираешься?

-- А какая тебе разница?

Я действительно не понимал смысла вопроса.

-- Есть разница, поверь мне, – он был краток и пояснять ничего не стал.

Мгновение подумав, я решил довериться:

-- Не один. Со мной будут жена и мать.

Выглянула луна и осветила несколько сюрреалистичный каменистый берег. Марус торопливо пригнулся и тихонько сказал:

-- Садитесь. Незачем торчать на виду. Мало ли, кого занесет… -- опасливо добавил он.

Я заметил, что купец внимательно рассматривает Мари и меня – яркий свет луны вполне позволял это. Я тоже с любопытством оглядел его.

-- Пожалуй, у меня есть для тебя предложение.

Я молчал, ожидая продолжения, и он несколько туманно пояснил:

-- За удачу всегда нужно расплачиваться честно, иначе… – тут он нарисовал на лице решетку молчания.