Законы стаи

Я подумала, что, может быть, мы зря лезем, не наше это дело? Хотела положить продукты на бочку и выйти, но Оскар удержал меня за руку.

- Погоди, Мари. Старик, я жду ответа.

-- Ответа?! Ну, что ж… Меня зовут Болвангер дель Корро. Как тебе такой ответ, смерд?

-- Болвангер дель Корро? – переспросил Оскар. – Ты высокородный?

-- Вам-то какое дело? – запал старика прошел, он вяло махнул рукой и попытался улечься.

Глава 32

Глава 32

***

Разумеется, после такой новости никто и не подумал оставлять его в покое.

-- Когда ты ел в последний раз? – спросила Мари.

Старик что-то невнятно буркнул, Мари и Оскар переглянулись и вышли из хижины.

-- Похоже, еда у него кончилась.

-- Думаю, да. Давай так, -- Оскар достал из кармана небольшой ножик. – Найди какой-нибудь лист лопуха или что-то типа него, порежь сыр, хлеб, ну и все остальное, а я пока разведу костер – хоть чая заварим.

-- Сытый человек разговорчивее, – согласилась Мари.

Садиться в хижине они не рискнули. Пока Оскар колол дрова и разводил костерок, она подцепила котелок и кружку с отбитой ручкой и потащила к ближайшему ручейку – благо, что золы было достаточно.

Слишком долго уговаривать старика не пришлось: когда он понял, что там есть еда, он выбрался из-под кучи тряпья, и Оскар помог ему дойти до импровизированного стола. При солнечном свете выглядел он совсем уж ужасно.

Ел он жадно и не слишком опрятно, периодически морщась от неловкого движения, и не забывая прихлебывать из кружки травяной взвар. Травы Мари собрала только те, что приносила домой и заваривала Олла – медуницу и горицвет.

На солнце после еды старику стало заметно легче – прекратился озноб и его даже слегка разморило.

Пока он насыщался, никто не донимал его вопросами, Мари тихонько подрезала ему кусочки и только вздыхала, глядя, как он хватает пищу. Оскар внимательно посматривал на него, выбирая время для начала беседы. Наконец он решил, что пора:

-- Тебе стало лучше, почтенный?

Сытная и вкусная еда для голодного частенько действует не хуже стакана водки. Старик по-прежнему придерживал рукой больные ребра, но после еды заметно смягчился.