#Бояръ-Аниме. Газлайтер. Том 22

За спиной уже слышны громкие звуки: гремят прутья клетки, раздаётся рёв приматов и крики Ярослава.

Лидия Николаевна стоит, бледная как простыня, её руки дрожат.

– До свидания, Лидия Николаевна, – бросаю коротко и ухожу, не оборачиваясь.

По дороге подключаюсь к Свете через ментальную речь:

– Светка, тревога! Всех собирай – гвардию, тавров, всех! Пусть укрепляют этаж: ставят заслоны на лестницах, контролируют окна. Готовимся к обороне!

Её голос звучит одновременно удивлённо и с задорным энтузиазмом:

– Ого, ничего себе…Ну круто! Сейчас всё организую! Даня, ты в своем репертуаре!

Но, похоже, в Кремле тревогу уже подняли.

Едва я дохожу до лестницы, как навстречу выбегают двое княжеских гвардейцев. Карабины вскинуты, взгляды настороженные.

Недолго думая, формирую в руках два шара Тьмы и швыряю прямо в них. Гвардейцы разлетаются в стороны, словно листья на ветру. Лестница снова свободна.

Забегаю на наш этаж, перепрыгнув через баррикаду из шкафов. Сердце колотится, а расслабляться некогда.

Сейчас весь Буяновский кремль выступит против нас.

Меня тут же встречают гвардейцы и Светка, её взгляд полон вопросов.

– Даня, а что за «пожар»? – спрашивает она, приподняв бровь.

– Я тут княжича Ярослава в клетку к обезьянам закинул, – бросаю на ходу, не останавливаясь. – Вряд ли его отец-князь положительно оценит этот жест.

Светка радостно хлопает в ладоши, глаза загорелись азартом:

– Оу, пошла движуха! Мне нравится!

* * *Буяновский кремль, Буян"

"Князь сидит в командном пункте, зло сверля взглядом Ярослава.

Его сын выглядит, мягко говоря, жалко. Целители убрали раны, но не его ничтожный вид. Лицо бледное, плечи ссутулены, части отодранных волос нет, а одежда… просто позор. Разорванные рукава, следы зубов и когтей на камзоле – весь его «боевой» наряд красноречиво напоминает о встрече с обезьянами, куда его закинул Вещий-Филинов.

– И ты даже не смог ударить его в спину? – сквозь зубы произносит Буревестник, сжимая кулаки так, что костяшки белеют.

 – Я видел запись с сада.

Ярослав, потирая зажившую рану на шее, с трудом отвечает:

– Он какой-то сверхчувствительный, отец. Наши иллюзии он различил почти сразу! Как только я встретил его в аэропорту, он уже делал намёки. Я не мог понять, тупит он или всё прекрасно видит.

Князь хмурится ещё сильнее, но Ярослав продолжает, словно оправдываясь:

– Он даже догадался про Ирину…

– Молчи! – рявкает Буревестник, резко подняв руку, обрывая сына на полуслове.