Закон трех отрицаний

Но у него хватает ума не вымещать на мне зло. Просто с того момента мы совершенно не можем нормально общаться. Помнишь, как в фильме «Мимино»: такую сильную личную неприязнь испытываю! И я не знаю, как мне себя вести, чтобы все вошло в какую-то приемлемую колею. Я могу перед ним извиниться, но я совершенно не уверена, что это поможет. А что поможет?

– Не знаю, – он покачал головой. – И никто не знает. Кроме тебя самой.

– Но я же не знаю! – почти в отчаянии воскликнула она.

– Ты знаешь, – возразил Павел. – Только это знание спрятано очень глубоко, под кучей всякого хлама.

– С гордыней? – удивленно переспросила Настя.

– Именно. Ты его оскорбила, значит, ты в тот момент сочла себя выше, сочла себя вправе его судить и осуждать. Это и есть гордыня.

– Надо же, – задумчиво протянула она, – я и не знала, что это так называется.

– Она, голубушка, она, любимая. Умерь гордыню, избавься от нее, а потом прости себя за то, что сделала.

– Простить? Мне кажется, наоборот, я должна себя корить и бранить за это, а ты говоришь «простить».

– Простить, Настюша. Обязательно. Если ты будешь себя корить и бранить, ты наживешь себе еще и чувство вины. Тебе это надо? Скажи себе, хочешь вслух, хочешь мысленно, все, что ты думаешь об этом своем поступке, выговорись, произнеси все самые неприятные слова, а потом прости.

– Это как?

– Это… Да, трудно с тобой. Ты что, духовную литературу вообще не читаешь?

– Ты имеешь в виду религиозную?

– Я имею в виду духовную. Ту, которая посвящена проблемам души и духа. Она может быть и религиозной, но далеко не всегда. Отпустить, Настюша, означает не держать в себе того человека, которым ты уже давно перестала быть. Когда все это случилось с твоим начальником?

– Прошлым летом.

– Вот видишь, сколько времени прошло! Ты за это время стала другой, тебе в голову за это время пришло столько разных мыслей, ты столько всего перечувствовала, ты стала старше почти на полтора года, а ты все держишься за «ту» Каменскую. Отпусти ее. Отругай за то, что она сделала, прости и расстанься с ней.

– А дальше? – Ей стало интересно, и на какое-то время Настя даже забыла, что не верит во все это.