Зачем убивать дворецкого? Лакомый кусочек

Геста нигде не было видно, а Холлидей, поняв, что мистер Тремлоу готовится огласить завещание, тактично удалился в бильярдную.

Завещание было составлено пять лет назад и не содержало никаких сюрпризов. Фэй получала ежегодную ренту при условии, что не выйдет снова замуж; Френсису досталось двадцать тысяч фунтов, а остальная часть собственности генерала, за вычетом небольших сумм слугам и пенсионерам, переходила к его сыну Джеффри.

Джеффри на радостях, что не лишен наследства в пользу Френсиса, проникся к кузену расположением, даже выразил сожаление, что отец не завещал тому более крупной суммы, и повел его в сад, где принялся объяснять истинную природу своих чувств к Лоле.

Дайна, собиравшая цветы по другую сторону тисовой ограды, услышала, как он говорит серьезным тоном:

– Конечно, я понимаю, ты просто шутил, но, если полицейские узнают о твоей шутке, для меня это может иметь очень серьезные последствия.

«Господи, какой дурак!» – с презрением подумала мисс Фосетт и отправилась с корзинкой к садовому холлу.

Двадцать минут спустя она внесла в малую столовую вазу с душистым горошком и обнаружила перед книжным шкафом инспектора Хардинга с раскрытым томом в руках.

– Прошу прощения! – сказала Дайна. – Не знала, что вы здесь. Можно, я только поставлю вазу на стол?

– Делайте что угодно, – с улыбкой ответил Хардинг. – Это не мой дом.

– И не мой, если на то пошло. Я решила, что помешала вам. – Она взглянула на книгу в его руках.

Хардинг поставил «Словарь лексики двадцатого века» Чемберса обратно на полку.

– Нет, – ответил он, – не кроссворд. Другую головоломку. Что вас расстроило?

Дайна бросила на него резкий взгляд:

– Вы все подмечаете, мистер Хардинг?

– Мне показалось, у вас недовольный вид, – объяснил инспектор.

Мисс Фосетт усмехнулась.

– Честно говоря, мне все это жутко надоело, – призналась она. – Кажется, с минуты на минуту мы все можем сойти с ума и с рычанием наброситься на вас.

– Нет-нет, не надо! – попросил Хардинг. – Лучше расскажите, что вам надоело конкретно.

Дайна уселась на подлокотник кресла.

– Возможно, вы спрашиваете об этом с коварной целью, – сощурилась она. – Только мне плевать, и чем скорее арестуете кого-то – предпочтительно Френсиса, – тем лучше."

"– Что он такого нехорошего сделал? – поинтересовался Хардинг.

– Играл у всех на нервах, – злобно фыркнула Дайна.