Зачем убивать дворецкого? Лакомый кусочек

Соблазнительная бабенка эта Камилла; кажется, руки у нее загребущие, но она готова (или он очень ошибается) расплатиться за все, что получит. Муж у нее бестолочь. Не способен найти мужскую работу и твердит, что виновата в этом война. Да и все это поколение такое никчемное, вечно жалуется на судьбу, никакого мужества; попался бы ему в старом полку такой под руку!

А Бэзил Холлидей с грустью чистил щеткой пиджак и утешался мыслью, что костюмные брюки не особенно залоснились. Он питал к сэру Артуру презрение – более того, ненавидел эту похотливую свинью – и размышлял, что на уме у Камиллы.

Нравиться ей этот солдафон не может; определенно нет. Просто у нее манера флиртовать с кем попало, и расстраиваться из-за этого не стоит. Ей вполне можно доверять. Оставалась же она с ним, когда, видит Бог, у нее были возможности уйти. Однако зря он согласился приехать сюда. Конечно, дармовые стол и кров – веский довод, так сейчас и приходится жить, подлаживаться к людям ради приличного обеда, приготовленного не дурой-кухаркой, портящей все, к чему ни притронется. Если женщина любит беззаботную жизнь и хорошие вещи, приходится ради этого забывать о гордости, раз никчемный муж не способен заработать больше пятисот фунтов в год. Он не винит Камиллу; только этот чертов генерал с кучей денег, громовым голосом и похотливыми лапами слишком много себе позволяет. К тому же он еще и дурак; один из тех вояк – таких немало пришлось повидать за войну, – которые считают, что весь мир находится в долгу перед британской армией. Бэзил бросил обеспокоенный взгляд на дверь, ведущую из гардеробной в спальню, где Камилла красилась перед туалетным столиком. И явственно представил ее выщипывающей волоски из тонких бровей. Он не знал, что у нее на уме, и не хотел спрашивать. В голове ощущалась легкая ноющая боль. Если заговорить с Камиллой, это лишь повлечет за собой очередную ссору, а они и без того часто ссорятся. Лучше уж не разыгрывать из себя Отелло."

"Камилла старательно наводила макияж, решив во что бы то ни стало затмить Лолу.

Она надела розовое шифоновое платье, за которое еще не расплатилась, но вскоре расплатится – если повезет. С алыми блестками, мерцающими при ходьбе, с очень низким вырезом. Даже слишком низким, пришлось подложить изнутри серебристое кружево. Все женщины сочтут, что такое платье не годится для званого обеда в загородном доме, ну и пусть. Генералу оно понравится; он станет поглаживать ее (старый влюбленный идиот!), и черт с ним.