Зачем убивать дворецкого? Лакомый кусочек

 – Тут в голову ему пришла новая мысль: – Подождите… Получается, что теперь особняк принадлежит вам, я правильно понимаю?

Ширли неуверенно ответила, что, наверное, так оно и есть.

Мистер Кокрейн сразу повеселел.

– Что ж, это даже к лучшему. Лично я просто не переносил этого проклятого дома! Однако до сих пор так и не понял: за что убили Доусона и Коллинза? Какое они имели ко всему этому отношение? Давайте же, сержант, объясните! Похоже, вы все знаете. Раскройте нам тайну!

Губбинс заметил, что куда лучше это сделает мистер Эмберли.

Полицейский кашлянул и окинул его укоризненным взглядом:

– Я не большой мастер говорить, сэр. Ну и потом, боюсь, два момента так и остались для меня неясными.

– Фрэнк расскажет нам все, – заявила леди Мэттьюз. – Пусть кто-нибудь даст мистеру Кокрейну выпить. И сержанту – тоже. Или вам нельзя, сержант?

Губбинс призадумался. Можно, конечно, сослаться на то, что сейчас он не при исполнении, причем уже с шести вечера.

"Эмберли прислонился спиной к камину и смотрел на Ширли сверху вниз, та сидела на диване рядом с леди Мэттьюз.

– Не думаю, что могу поведать вам всю историю, – начал он. – Есть тут пара моментов, о которых сержанту лучше не знать и не слышать. Или моему дяде…

– Но Фрэнк, дорогой, что за глупости! – раздраженно воскликнул сэр Хамфри. – Почему это я не могу выслушать всю историю целиком? Ты просто обязан рассказать все!

– Хочу, чтобы вы поняли: в этом случае мне пришлось бы разгласить тайну, поведать о некоторых противозаконных действиях и вынудить тем самым сержанта произвести еще два ареста.

Губбинс заулыбался:

– Вы, должно быть, шутите, сэр! Не знаю, что вы там натворили, но всегда говорил и буду говорить: вы настоящая гроза для преступников всех мастей.

– Гм… – буркнул Фрэнк.

Сержант, который к этому времени предпочел бы скорее сам совершить преступление, нежели оказаться не посвященным в суть дела, напомнил, что находится сейчас не при исполнении.

– И все, что вы скажете здесь, сэр, дальше не пойдет, – заверил он Эмберли.

– Что ж, прекрасно, – кивнул Фрэнк. И несколько секунд пыхтел трубкой, словно собираясь с мыслями. – Придется вернуться к самому началу. – Он достал из кармана измятый листок с завещанием и прочел вслух дату: – Подписано одиннадцатым января, два с половиной года тому назад, как раз тогда Джаспер Фонтейн и составил новое завещание. Вот оно, перед вами.