Вынос дела

Теперь же выясняется, что у нее были сестры и вроде даже муж! Зачем было держать все в секрете?

– Еще кофе? – спросила официантка.

Я помотала головой:

– Хватит, даже желудок разболелся.

– Вы бы съели чего, – бесхитростно предложила девушка, – а то вон сколько дряни выдули.

Я молчала, прикидывая, как быстрей добраться до Грибоедовского дворца бракосочетаний. Официантка поняла мое молчание по-своему.

– Небось все бабки на эту шалаву истратили, – пробормотала она, стряхивая крошки, – вот уж пройда так пройда.

– Алена здесь часто бывает?

– Каждый день словно на службу является и никогда сама не платит, вечно кто-то ее угощает.

Я усмехнулась – мне жадность и неразборчивость Алены были на руку. Чувствуя, как в пустом желудке переливается кофе, я добрела до гардероба и увидела в холле тьму возбужденного народа. В центре стояла рыдающая администраторша, прижимавшая к глазам огромный, похожий на полотенце носовой платок.

– Господи, – всхлипывала дама, – такая молодая, красивая, веселая, зарезать этих пьяниц!

– Что случилось? – спросила я бородатого парня.

– Жуть, – ответил тот, – Алену Иванову задавили.

Я почувствовала, как в висках мелко-мелко застучали горячие молоточки. Потом уши и лоб стали горячими, а ноги и руки, наоборот, ледяными.

– Как задавили? – только и смогла выдавить я. – Мы же только что с ней обедали.

– Хоть поела вкусно перед смертью! – воскликнул парень и принялся жадно рассказывать: – Прямо на моих глазах.

– Вы ее знали? – тихо спросила я."

"– Да с ней тут все знакомы, – пришел в полный ажиотаж парень, – не перебивайте, бога ради. Машет, значит, ручкой, а из-за угла вылетает темно-зеленый «Фольксваген» и вместо того, чтобы остановиться, как налетит на Алену! Жуть! Ада Марковна в окно увидела и в обморок грохнулась, а у меня аппетит пропал.

– Темно-зеленый «Фольксваген», – пробормотала я, вспоминая ужасную смерть Зои Лазаревой, тоже, кстати, сотрудничавшей с «Желтухой». – Номер не запомнили?

Парень покачал головой:

– Куда там! Только на Алену и глядел.

Вот растяпа! Впрочем, я сама, когда этот «Фольксваген» налетел на Зойку, растерялась. А в том, что это была одна и та же машина, отчего-то уверена на двести процентов.