Возлюбленная Яра

Она живёт своей работой, вкладывая душу в детей с которыми занимается, обожает рассказывать им сказки. Да она сама, как тот ребёнок живёт сказками и верит, что и жизнь у неё будет такой же, как в той сказке. Она верит в большую взаимную любовь, крепкую семью и мечтает о детях. Алиса никогда никому не сделала ничего дурного. Всем всегда пыталась помочь и поддержать, она отзывчивая и неравнодушная девочка. Посылая к тебе дочь, я был уверен, что ты поймёшь, что она не лжёт тебе. Полагал, что дашь отсрочку долга и не будешь сомневаться, что я всё тебе верну.

- Ты обокрал фирму, Анатолий, и это факт. Я верю лишь фактам. К твоему разочарованию, Толя, я могу сказать лишь то, что давно утратил веру в людей, я никогда не встречал невинных и честных женщин. Не рассмотрел таковую и в Алисе, просто не заметил.

- Пусть так, но ты не имел права женить её на себе силой. Это я был тебе должен, а не она.

- Кажется, что теперь я тебе должен.

- Заткнись, Яр! Ты дочерью моей здесь торговать удумал?

- И не думал. Алиса моя жена, я дал ей слово, что прощу тебе долг, но не украденное и намерен его сдержать.

- Она недолго будет твоей женой. Уж я позабочусь. Я не позволю тебе силой держать дочь, Соколовский. Я не позволю тебе её мучить. Моя девочка всегда мечтала о настоящем мужчине. Мы с ней никогда не говорили о личном, но это и не надо было, я всегда знал, что Алиса ждала особого мужчину.

Ярослав мрачно смотрел на мужчину и молчал.

- Я тебе больше ничего не должен, а моя дочь так тем более. Я заберу её.

- Я никому не отдам Алису, Толя. Она моя жена, моя любимая женщина, возможно, что она носит моего ребёнка. Я люблю твою дочь!

Лапин покраснел от гнева и очень резко зарядил кулаком в челюсть Яру. Владислав подскочил на месте, а сам Яр едва на ногах устоял, оценив, что Анатолий далеко не слаб, удар у него определённо поставлен.

- Ребёнка? – прыснул Лапин, - да я убью тебя, если узнаю, что ты силой принудил мою дочь не только к браку, но и заставил её делить с тобой постель.

- Что же, - протянул Яр, потирая ударенную челюсть, - я, пожалуй, на это заслужил. Но в следующий раз, Толя, ты получишь сдачи. Поэтому не стоит тебе так распаляться. Я во многом виноват, но ты, Лапин, ты виноват не меньше меня.