Влюблен и очень опасен

Инга распсиховалась, пытаясь их достать. Но вот калитка открыта, она запирает ее за собой, бежит к дому.

Ни одного человека во дворе, и дверь на замке. Но ключ у нее в руке, и она попадает в дом.

И здесь ни одной души. Дверь в пункт охраны открыта, в помещении мертвая тишина, мониторы видеонаблюдения выключены. Инга чувствовала, как холодок забирается под ворот кофточки, студеными пальцами впивается глубоко под кожу на спине...

Это дом ее покойного мужа, где-то здесь может бродить его призрак. Но не привидений боялась Инга.

За спиной что-то едва слышно шелохнулось.

Инга резко обернулась и вскрикнула от ужаса. В нескольких шагах от нее стоял Марк. И пистолет с глушителем в опущенной руке. Взгляд холодный, как ледяная глыба, и пронзительный, как арктический ветер.

– Марк?! Ну наконец-то! – Пытаясь взять себя в руки, Инга изобразила ликующую улыбку.

– Что «наконец-то»... Ты спешила умереть? – удивленно повел он бровью.

– Я?! Нет!!! Ты же не станешь стрелять в женщину?

– Почему? Ты же хотела, чтобы я убил Настю?

– Я не хотела! Это все отец!.. Я его уговаривала, я его умоляла, а он меня не слушал... Марк, пойми, я с самого начала знала, что ты не тот человек, за которого себя выдаешь. Я чувствовала твою мощь, твою силу. Это Настя сомневалась в тебе, она поверила этому идиоту Бугарю, что тебя можно унизить... Я же видела, что ты всего лишь изображал из себя слабого.

– Все сказала? – невозмутимо спросил Марк.

Похоже, столь пламенная речь нисколько не тронула его.

– Я люблю тебя, Марк!.. Я влюбилась в тебя сразу, как только увидела!.. Не веришь?.. Я докажу...

Инга стала расстегивать кофточку, но застыла как заколдованная, когда в обнажившуюся ложбинку между грудей уткнулся холодный глушитель пистолета."

"– Не надо ничего доказывать, – покачал головой Марк.

– Не убивай, не надо!.. – взмолилась Инга. – Зачем тебе меня убивать?

– Затем, чтобы Настя жила спокойно.