Сводный гад

Иван неожиданно оглядывается, и идёт обратно, в мою сторону.

Одумался??

А вот хрен теперь! Никуда я с тобой не поеду! — поджимаю от обиды губы.

Но он, игнорируя меня, проходит мимо. Обескураженно разворачиваюсь.

Там девочка на скамеечке. Лет семи. Плачет… Так горько и тихонько плачет, что у меня всë застывает в груди.

— Стась, ты чего?! — присаживается перед ней на корточки.

— А у меня девочки серёжки отняли… — задыхаясь, всхлипывает, — и телефон.

— Наши? Интернатские?

— Угу…

— Из твоей «семьи»?

— Угу… — шмыгает носом.

— А воспитатель чего?

— Ничего…

— Так… А кто у вас старший в «семье»?

— Петя Меркулов.

— Чего сказал?

— Ничего… — обиженно трясутся её губы.

И такое это душераздирающее «ничего», что мои губы тоже начинают трястись.

С интернатовскими я знакома хорошо. Тоже мне доставалось в лагере! Но я уже взрослая была. А она такая маленькая…

— Короче, вот, — достаёт из заднего кармана телефон Иван. — Это старый мой. Скажешь всем — Яша дал тебе. Поняла?

Девчушка смотрит на него огромными заплаканными глазами, не моргая, как на идола.

"— Меркулову скажешь, ещё раз тронут, приедет Яша, сломает ему пальцы. Так и скажешь, поняла?

— Угу… — кивает быстро девочка.

— А сейчас иди к Бесу. Там давай, рви всех! Скоро они тебя сами бояться будут.

— Угу…

— И не реви! — взъерошивает ей волосы. — Ты же боец!

— Угу…

Не взглянув на меня, уходит, садится в тачку к Роману. Уезжают последними.

А я стою как дура и смотрю на эту девочку. Которая трогает пустые мочки пальчиками.

И та-а-ак мне стрёмно! Даже ещё хуже, чем от выходки братца.

— Ты скоро? — открывает дверь Эдик.

— Да подожди ты! — психую я.

Оглядываюсь. На той стороне дороги — какая-то сомнительная ювелирка.

В порыве иду туда. Выбираю ей золотые простенькие серьги бабочками с цветными фианитами.

Возвращаюсь, сажусь на эту лавочку. И жду, пока закончится тренировка, и она выйдет.

— Ясь, ну мы едем? Я гольф вообще-то отменил!

— Ой, да что там делать на этом острове? — злюсь я.

Там ни гитары, ни торсиков, ни весёлых придурков…

Дожидаюсь, пока выйдет Стася.

— Иди сюда, — маню её к лавочке. — Это тебе.

Раскрываю ладонь.

Испуганно делает шаг назад, бросив взгляд на машину.

О, черт! Подумает ещё, что я маньяк какой.

— Давай в школу зайдем, — веду её обратно.

На скамейке надеваю ей серьги.

— Меня зовут Ярославна. Мой папа мэр города. Да-да… Знаешь, кто такой мэр?

— Главный?

— Да! Так вот. Подойдешь к своему воспитателю. Скажешь, что тебе его дочь серьги подарила.