Поклонник

А оказывается, он просто со мной играл.

Мой голос глух и безжизненен. А глаза ярко блестят в свете уличных фонарей.

– Не понимаю. О чем ты? Кто он?

– Это ты. Ты, Матвей. Я все знаю. Перестань притворяться.

Он медленно отпускает мою руку. На его лице потрясение.

– О чем ты? – недоверчиво спрашивает Матвей.

Он такой невинный, будто ангел. И это неожиданно приводит в бешенство. И я с откуда-то взявшимися силами говорю ему обо всем, что накипело.

Говорю, как мне было обидно и больно из-за того, что он заставил меня прийти на праздник, а сам бросил и все это время провел со своей бывшей.

Из-за того, что сам не догадался помочь мне подняться, когда я упала, и не сказал им, что я его девушка. Из-за того, что обсуждал меня с ними, смеялся надо мной и хвастался, что играет. Из-за того, что предал.

Это невыносимо больно. Гроза в венах все же взрывается. С каждым мгновением мой голос становится крепче и громче, слова – ядовитее, а слезы – более терпкими. Я высказываю Матвею все, что думаю, потому что знаю – это последний раз, когда мы видимся.

И все это время он просто слушает меня и молчит."

"– Ты решил, что я твоя кукла, с которой можно поиграть? Красиво нарядить, уложить волосы, сделать макияж? А потом выкинуть, когда надоем? Решил, что у меня тело из пластика, а вместо сердца – пустота? Но это не так, Матвей. Я живая. И сердце мое – живое. Ты так распинался о тех людях на вечеринке, о том, какие они плохие, а сам? Чем лучше их? – Я вытираю здоровой рукой слезы.

 – Зачем ты надо мной издеваешься? Что я тебе сделала? Сначала ты играл со мной в сталкера – неужели тебе было приятно меня пугать? Потом стал играть в возлюбленного – неужели тебе доставляло удовольствие лгать? Ты наслаждался моей реакцией? Потирал руки в ожидании, когда сможешь использовать и выбросить? Ждал момента, когда я тебе поверю? – Я смотрю на него сквозь слезы, сжигающие глаза. – Зачем ты это со мной делаешь? Я ведь тоже человек, как вы все. Из плоти и крови. Я тоже умею чувствовать. Мне тоже бывает больно и страшно. Чем же я отличаюсь от вас? Тем, что не богата? Тем, что моя мать – простая учительница, а отца нет? Тем, что у меня раздолбанный телефон и нет брендовых шмоток? Ну, чем же?.. Почему тебе смешно наблюдать за тем, как у меня душа сгорает заживо? Матвей… Ну зачем?..

Мой голос тухнет, как огонь свечи. И я замолкаю, снова вытирая лицо. Меня пробирает озноб.

На лицо Матвея падает тень, искажающая черты.