Увольняюсь, Ваша Светлость!

На языке лепрекона это скорее всего называлось иначе — какой-нибудь «налог на спокойствие». Тоже мне, нашел мэр няньку! Все это шуточки, однако стужа из глаз демона исчезать не спешила.

— Обычный дом высшего демона, — продолжал он. — Мальчик на днях уедет учиться. Перес уже тысячу лет никого не кусал из-за срыва. Я же кое-как уворачиваюсь от предприимчивых мамаш и слишком разленился, чтобы преследовать очаровательных барышень с высшими баллами по налаживанию коммуникаций.

Опять мягко стелет. Не намекает, мол, где я, а где он… Ну, переходи уже к сути… Придется его подтолкнуть.

"— Что мешает вам согласиться на мое увольнение в случае нештатной ситуации? Я не предлагаю ничего сверх прописанного в стандартных трудовых регламентах. При поражении второй степени и выше на рабочем месте — морального либо физического — я покидаю ваш дом с компенсацией, достаточной для лечения и последующего восстановления. При мелких притеснениях первой степени — штрафы работодателя в мою пользу по нарастающей ставке.

Я неплохо разбиралась в их трудовом законодательстве. Помогала суккубам заполнять такие формальные договоры. Правда, там мы делали ставку на физическое ущемление и сексуальное преследование. В случае со Сноу-лоджем я все свела до общего ущерба.

Герцог снова достал из портала наш документ, а потом и перо с алыми чернилами. Резкими размашистыми движениями он вычеркнул слово «увольнение» из всех моих дополнительных пунктов. Ни компенсации, ни их размер при этом не трогал.

И как на него не любоваться? Как не ждать, что он, как фокусник, не выкинет через минуту еще что-нибудь?

— Сэр Эллиот, — я тоже постаралась прибегнуть к его любимой мягкой иронии. — В Бездне нет рабства. Ну, если не брать в расчет совсем уж вопиющие случаи.

В частности, мой. Но об этом ему знать необязательно.

— Это вы меня старательного игнорируете, мисс Вустер. У вас особые обстоятельства. Я и намекал, и говорил почти открытым текстом, и даже пробовал показать… Но кроме возможности как можно быстрее покинуть мой дом вас больше ничего не интересует.

У нас намечался прогресс. Он вывел меня из себя не через пять минут, а через пятнадцать. Я же не раз объясняла ему, что предпочитаю прятаться, а не вот это все. И ведь моя тактика оказалась верной. Как только он вытащил меня на свет, тут же начались неприятности.

— Просветите меня, сэр Эллиот, будьте так любезны.