Увольняюсь, Ваша Светлость!

— В доме нельзя магничить без уважительной причины. Это потенциальная угроза для господ и их имущества.

Раздался подозрительный глухой звук. Неужели это то, что я думаю? Но если в ней течет кровь орков, даже разбавленная, шишки не будет.

— Оууууууугрххх, — причитала Роза хорошо поставленным контральто.

Мы с Гортензией, не сговариваясь, соединяли раму. Я ставила ее на место и придерживала, а горничная дозированно вливала магию.

— В бытовых целях разрешено. Это боевую нельзя, — пояснила она то, что я, в принципе, знала и сама.

— А если меня опоили, как вчерась Люка? — вскинулась Роза. — Если в доме завелся отравитель? Покойничек тоже спокойный такой всегда был.

Версия как версия. Во всяком случае, будем тянуть время. Не верилось, что Конвей станет рубить с плеча и сразу же применит к служанке строгие меры. Это же по его дому разгуливал Френсис — гроза всего, что висит или плохо прибито к полу.

— Заклинание получилось слабенькое, — неуверенно начала Гортензия. — Может, его и не уловят.

Мы с ней ломали голову, как вернуть злосчастную картину обратно.

Штырь, на котором она держалась, обуглился, приняв на себя весь заряд. Я влезла на стул и внимательно изучала дырочку. Так увлеклась, что от скрипа двери чуть не повалилась на пол. Спасибо Гортензии, которая без всякой магии, придерживала стул двумя руками.

На пороге возник Перес. Он принес с собой уже знакомую швабру и крутил головой в поисках очередной моей жертвы.

Значит, защиту все-таки потревожили.

— Женщины в доме — к убыткам, — дворецкий тут же затянул любимую песенку.

Он махнул рукой с такой безысходностью… Что же, не всем везет, как мне.

Глава 47

Перес не стал призывать на голову несчастной Розы ни геенну огненную, ни пепельный дождь. Наоборот, он даже остался доволен, что не пришлось никого подметать.

Да, дворецкий вместе с Гортензией остались вешать картину. Я подозревала, что девушка имела на него некоторое влияние и рассчитывала, что в наше отсутствие она сумеет мотивировать вампира замять этот эпизод. А еще лучше — узнать, что же творилось с эмоциональным фоном слуг в этом доме и почему рядом со мной они принимались сходить с ума.