Утомленное солнце

И до последнего… Лешка, если бы ты знал, как я тебе рад!

В землянку вошла симпатичная девушка-связистка. На подносе два стакана крепкого чая в подстаканниках.

– Спасибо, Лена! – поблагодарил ее Артем.

– Не за что… – обольстительно улыбнулась она.

– Я смотрю, весело здесь у вас, – с подначкой заметил Лодыгин.

– Не поверишь, братишка, ни на что такое сил нет. Первым делом самолеты…

Алексей думал, что он шутит. Но Артем говорил серьезно. Никаких обязательств у него ни перед кем из женщин не было. Вполне можно было обзавестись военно-полевой женой.

– И тебе расслабляться не дам, – так же серьезно продолжал он. – Нельзя расслабляться, – уже мягче сказал он. – Война… Вот мы с тобой как-то уцелели в этом аду. А сколько погибло. И сколько еще погибнет. С «Курфюрстами» воевать, с «Альбатросами».

«Курфюрстом» назывался «Ме-109-К4». Скорость – 710 километров в час, отличная маневренность, легкость в управлении, возможность уйти от любого преследования, хороший обзор из кабины пилота. Вооружение – два пятнадцатимиллиметровых пулемета, одна тридцатимиллиметровая пушка. С такой мощью даже плохо подготовленный летчик мог наделать бед.

Недостатком всех «мессеров» всегда была их нежность.

«Альбатросами» назывались реактивные «Ме-262А». Скорость до девятисот километров в час, отличные летно-технические характеристики. Две тридцатимиллиметровые пушки, ракетное вооружение. Эти машины уже вставили фитиля союзникам – те даже бомбардировки свои на время прекратили. Говорят, их турбореактивные двигатели ненадежны и часто ломаются.

А реактивными самолетами советских летчиков не удивить. Еще в сорок втором году на вооружении советских ВВС поступил реактивный ракетный перехватчик БИ-1, который развивал скорость более тысячи километров в час. Жаль, что из-за чрезмерной сложности обслуживания и очень маленького времени полета эта машина не получила массового применения. Но ведь технические проблемы рано или поздно решаются.