Укрытие. Книга 3. Пыль

Джульетта ощутила такой же, наверное, страх, который переживал отец при мысли о том, что любимый человек решится на это первым, но не стала его останавливать. Раф помог отцу с защелками, с которыми было почти невозможно справиться в толстых перчатках. Наконец шлем со щелчком отстегнулся.

Глаза отца широко раскрылись, когда он произвел пробный вдох. Он улыбнулся, вдохнул еще, на этот раз глубже. Его грудь расширилась, рука расслабилась, шлем выпал из пальцев на траву.

Охваченные восторгом, люди помогали снимать шлемы друг другу.

Джульетта поставила свой тяжелый рюкзак на траву и помогла Рафу, а тот помог ей. Когда Джульетта избавилась от шлема, то первым делом обратила внимание на звуки вокруг. На смех отца и Бобби, на счастливый визг детей. Потом пришел черед запахов: ароматы ферм и гидропонных садов, запах плодородной почвы, взрыхленной и ждущей семян. И свет, такой же яркий и теплый, как лампы на фермах, но рассеянный из-за далекого расстояния. И пустота над ними, простирающаяся в вечность, а над головами ничего, кроме облаков. "

"Люди обнимались, ударяясь воротниками комбинезонов. Шагавшие следом группы прибавили шаг. Кто-то падал, им помогали встать. Блестели улыбки за щитками шлемов, по щекам текли слезы, забытые кислородные баллоны волоклись на концах натянутых шлангов. Люди снимали с себя перчатки, сдирали комбинезоны, и Джульетта осознала, что, уходя из укрытия, никто из них не надеялся, что их придется снимать. Никто не подвесил на шею нож, чтобы разрезать комбинезон.

Никто не рассчитывал выбираться из этих серебристых гробниц. Они вышли в комбинезонах чистильщиков, как делали все чистильщики до них, потому что жизнь взаперти становилась невыносимой, а желание перейти через холм, пусть даже навстречу смерти, сделалось непреодолимым.

Бобби порвал перчатку зубами и освободил руку. Фиц поступил так же. Все смеялись, все были потные от трудов, помогая друг другу расстегивать молнии и липучки на спинах, высвобождая руки, продевая головы через кольца воротников, стягивая ботинки.

Босые дети в разноцветном нижнем белье носились друг за дружкой и кувыркались в траве. Элиза опустила на землю щенка, которого, как ребенка, несла прижатым к груди и взвизгнула, когда песик скрылся в высокой траве. Она подхватила его. Шо рассмеялся и достал книгу Элизы из своего комбинезона.

Джульетта наклонилась и провела по траве руками. Трава больше походила на сорняки с фермы, но сорняки, превратившиеся в сплошной ковер.