Укрытие. Книга 3. Пыль

Тела внутри были такими же, как тогда, в прошлом: жуткое переплетение мертвой исковерканной плоти. Через маску проник запах гнили и чего-то металлического. Джульетта вспомнила, как опрокинула на себя однажды вонючий суп, чтобы смыть отраву гнилого воздуха, что стоял снаружи. Это был запах смерти и чего-то еще.

Они вытаскивали тела и упаковывали в черные мешки одно за другим. Работа жуткая. Вялая плоть отделялась от костей, как в тушеном мясе.

— Суставы, — подсказала Джульетта голосом, приглушенным маской. — Подмышки и колени.

Тела не разваливались на части в основном благодаря сухожилиям и костям. Последнюю молнию на черном мешке застегивали с облегчением. Люди кашляли, кого-то тошнило.

Большинство тел внутри офиса шерифа сконцентрировалось у двери. Создавалось впечатление, что они переползали друг друга, чтобы вернуться в кафе. Остальные трупы лежали мирно. Один мужчина ссутулился на останках койки в открытой камере предварительного заключения. От койки осталась только ржавая рама, матраса не было.

— Неправильно это все, — произнес отец голосом, приглушенным маской. Они положили тело в черный мешок и застегнули молнию.

— Похороним их, как положено, — сказала Джульетта.

Отец снял маску, перчатки, покачался на пятках, вытер лоб тылом ладони.

— Нет. Я про тех людей. Я подумал... ты ведь сказала, что укрытие было почти пустое, когда ты сюда пришла.

— Да, так. Только Соло и дети. А все эти люди давно мертвы.

— Это невозможно, — сказал отец. — Тела слишком хорошо сохранились. — Его взгляд скользнул по мешкам, на лбу отразились морщинки беспокойства или растерянности. — Я бы сказал, что они мертвы недели три.

— Папа, они были здесь, когда я пришла. Я по ним переползала. Я спросила Соло про них. Он сказал, что они здесь уже много лет.

— Такого не может быть...

— Это, наверное, потому, что их сразу не похоронили. Или газ снаружи их предохранял. Это не важно, правда?

— Это очень важно. Происходит то, чего в принципе быть не может. В этом укрытии что-то не так. — Он встал и направился к лестничной клетке, где Раф разливал воду по чашкам и банкам.