Цветочная империя попаданки

А когда Алехандро ушёл разбудить прислугу, чтобы нам сделали чай или кофе, сеньора Каррера извинилась, за то, что произошло:

– Мне жаль, что я не предусмотрела, что кровь дракона и ваша сильная связь могут войти в такой сильный магический резонанс.

– Главное, что всё хорошо закончилось, – откинулась в кресле я, прокручивая в голове произошедшее на корабле, и то что было после. Воспоминания отдавали чем-то болезненно сладким и тягучим.

– Я ненавижу Маркоса, но не могу перестать думать о нём, – произнесла я, впиваясь пальцами в подлокотники.

– Есть два объяснения этому. Он безумно любит вас, пусть даже и считая чёрной ведьмой. Либо он думал, что это как-то поможет дочери. А может… всё сразу.

Он одержим. Глаза Маркоса до сих пор всплывали в моей памяти. Голодные и жадные драконьи глаза.

– Разве можно любить столько лет? – зло усмехнулась я. – К тому же он пытался задушить меня. Герцог хочет моей смерти.

– Любовь и ненависть часто идут рука об руку, – произнесла сеньора Каррера задумчиво глядя, как эмоции сменяют на моём лице одна другую. – Тем более у драконов.

– Я не рассказала вам про ковен, – ответила я. – И вы промолчали. Мы встречались с Вероникой, Клэр и Ирмой.

Мартина поджала губы:

– Они молоды и довольно импульсивны. Неосторожность погубит их. Признаюсь, я не хотела, чтобы вы с ними связывались. Они часто ходят по краю. Если хотите жить – лучше залечь на дно.

Мартина была права, но я не могла так поступить. Жить я хотела, но свободной и с дочерью.

– Вы не хотели, чтобы я с ними связывалась, потому что они могут предать, или потому что слишком уж рвутся в бой против Алиссии?

– Они не предадут, – успокоила меня Мартина. – Но могут совершить ошибку, которая станет фатальной. Нужно ли вам это, решайте сами. Но я вышла из этой игры.

– Понимаю, – тяжело выдохнула я. – Но мне нужны союзники. Особенно сейчас, когда Алиссия куда-то увезла мою дочь.

– В столицу? – на лице сеньоры Карреры проскользнула тень испуга. – В это засилье убийц и чёрных ведьм? Как вы сможете там выжить?

Я устало потёрла переносицу:

– А что мне ещё остаётся? Я буду ждать, пока Маркос вернёт дочь обратно. Я уверена, он сделает это, как только волнения на границе закончатся. Какой бы гад он не был, ребёнка он не бросит. И тогда я поеду к ним. И сделаю всё, чтобы вызволить малышку.