Цветочная империя попаданки

Улыбнулась ему и пробормотала:

– Извини…

Нас снова сильно тряхнуло, я подпрыгнула на коленях Маркоса, что дало мне возможность прижаться к нему ещё ближе."

"Я закрыла глаза и попыталась почувствовать магию. Пальцы плавно скользили по затылку дракона, поглаживая его.

Ладони мужа сжали мои ягодицы через платье, я выдохнула и посмотрела в синие глаза. Зрачки Маркоса расширились, как только он поймал мой взгляд.

– Тебе это не поможет, всё равно не отпущу, – он усмехнулся, разглядывая меня. Ему нравилось то, что происходит.

Я поёрзала у мужа на коленях, но промолчала, не зная, как себя вести и что говорить. Почувствовала, как в бедро упёрлось что-то твёрдое.

Проклятье! Знаю я, чем всё это может закончится.

Повела ладонями, коснулась висков Маркоса, мысленно приказывая магии пробудиться. И в этот момент кончики пальцев будто прострелило вспышкой.

Мир потемнел, я хватала ртом воздух, но он будто закончился, живительного кислорода просто не было. В ушах зазвенело от напряжения.

Я действовала интуитивно, собрав последние силы.

И…

Чернота вокруг меня поплыла, обретая очертания. И спустя секунду я будто смотрела на себя и мужа со стороны.

Хрупкая девушка в красном платье и высокий мужчина с серебряными волосами сидели за столиком.

Вот я резко встаю и отхожу к краю судна. Маркос идёт за мной.

Волосы, запутавшиеся в пуговице. Жаркие касания. Мой протест. И…

– Нет, – прошептала я, глядя, как Маркос притягивает меня ближе и склоняется к моим губам.

И всё остановилось. Будто повинуясь моему желанию.

Если я сейчас в воспоминаниях Маркоса, мне нужно стереть или исправить. Так говорил кот?

Если стереть, то муж что-то заподозрит. Провалы в памяти – это подозрительно. Но вот исправить… Я бросилась к паре, замершей у бортика корабля.

– Ты поцеловал Луизу, она ответила тебе, – прошептала я. – А затем…

Осеклась, не зная, какие воспоминания ему подкинуть? Как мы после поцелуя просто мило посидели и отправились домой? Или что-то другое?

А что если привязать его к себе ещё сильнее? Заставить думать обо мне? Навязать то, что между нами была близость? Я понимала, что это тоже рискованно, но если заставить Маркоса считать, что это были лучшие мгновения в его жизни?

Это может сыграть мне на руку, потому что я знала, что не остановлюсь.