Цветочная империя попаданки

Моя Элена сейчас в этом мире, уже рождена, и ей нужна помощь. Я не могу испортить что-то из-за своей похоти и влечения к её отцу. А другие дети… я хотела бы ещё малышей. Но сейчас спасти дочку первостепенно. Я должна быть во всеоружии.

Опустив зелье в карман, я подняла голову:

– Выпью перед встречей с герцогом. А теперь перейдём к делу.

– Я давно знаю Алиссию, – начала императрица. – Думаю, около двадцати лет. И раньше она была другой…

– Хотите сказать, что ничего не подозревали? – передёрнула плечами я.

– Она всегда была резкой и чрезмерно деятельной.

"– Нет чёрных или белых ведьм. Есть просто сила. И то как ты используешь определяет тебя, – откликнулась я, повторяя то, чему меня научила ныне покойная Вероника.

– Лаура уже объяснила мне, – императрица откинулась на диванчике и часто задышала, смаргивая слёзы. – Если бы я вникла в это раньше… но я доверилась Алиссии. Мать умерла, и я была ослеплена жаждой мести.

– Вы верили ей, – Лаура Мендес посмотрела на императрицу с сочувствием. – А она просто воспользовалась вами в минуту слабости.

– Алиссия Наварра хитра, – сказала я, садясь рядом с Беатрисой. – Она вполне могла сама убить вашу мать и устроить эпидемию.

– Я поняла это только недавно. А годы назад я возвысила её. Позволила ей создать инквизицию, которая все эти годы терзала невиновных.

Мы с Лаурой переглянулись. Я хотела бы сказать, что императрица здесь не при чём… но это было бы неправдой. В произошедшем была и её вина. Но сейчас не было смысла её судить. Были дела поважнее.

– Она и её подруги просто держали в страхе других одарённых. Чтобы оставаться молодыми за их счёт. Кто знает, может в их планах – вечная жизнь, – сказала глава мадридского ковена. – Я не знаю, что за магию они используют. Где истоки этого зла? Мы много раз пытались выяснить, но без толку.

Беатриса опустила голову:

– Я только теперь понимаю, какому злу дала в руки невероятную силу. Сейчас она вершительница чужих судеб. И даже моей… но об этом чуть позже. Всё изменилось, когда начались волнения на границах. Алиссия уже тогда была нервной, я не могла понять почему. Оно много злилась и часто срывалась на слуг. Даже грубила мне, чего раньше не позволяла себе.