Тринадцатый X

Из главного входа в дом выбежал низкий мужчина с криками:

— Убирайтесь! Это земля Раскольниковых! Я сейчас полицию вызову.

— Какой же вы противный, — сказала мужчине Айрин.

Простолюдинку совсем не учили манерам. Но сейчас я был с ней абсолютно согласен.

— Эта земля из поколения в поколение… — громко продолжил мужчина.

— Назовите ваше полное имя и титул, — потребовал я, перебив его.

— Раскольников Иван Контимирович, — он хотел ещё что-то сказать, но запнулся.

— Титула нет, как я полагаю?

— Нет, — обиженно ответил Иван Контимирович и добавил.

— Меня зовут Воронцов Алексей Дмитриевич, — спокойно представился я.

— Князь? Неужто…

— Да.

Иван Контимирович тут же выпрямился и поклонился, как того требовали старинные обычаи.

— Я к вашим услугам, — учтиво сказал он.

Удивительно, как быстро меняются люди, стоит им услышать титул князя.

— Раз вы отвечаете за продовольствие в этом городе, то покормите моего монстра. Он предпочитает свежее мясо, — улыбнулся и кивнул на Зубастика.

А вот Раскольников в ужасе выпучил глаза.

— Но…

— А вот нечего было выпендриваться, — буркнула Айрин, чем только рассмешила меня.

Я демонстративно пошёл к выходу, а девушка поспешила за мной.

— Позаботьтесь о нём. Возможно, очень скоро этот регат спасёт вашу жизнь, — сказал я Раскольникову напоследок и вышел за ворота.

— А вы хорошо этого выскочку на место поставили, — улыбнулась мне Айрин.

А я подметил, что надо бы ей найти жильё, где она сможет хотя бы принять душ.

— Айрин, я тебе советую следить за тем, что говоришь, — серьёзно ответил я.

— Ой, — девушка осеклась и вжала голову в плечи.

— Сейчас в империи переломное время. И у тебя есть шанс доказать, что некроманты способны не только мирно жить вместе со всеми, но и приносить большую пользу империи.

— То есть мужа убивать нельзя?

— Нет. С ним разберётся полиция. А если не сможет, тогда подойди ко мне. Поняла?

— Да, Алексей Дмитриевич.

Пока мы шли по улице, я вызвонил Сашу.

Дверь со скрипом открылась, и меня встретил Олег.

— Алексей Дмитриевич! А мы вас только к вечеру ждали, — первое, что сказал он.

— Хотите сказать, что до вечера нашли бы жильё получше?

— Эм, нет. В Новосибирске полно беженцев. Всё съёмное жильё и гостиницы забиты.