Тринадцатый X

Поэтому я позвонил Ивану Фёдоровичу, который помогал мне с развитием ордена и отдал распоряжение, чтобы все члены сообщества в Сибири защищали двух тёмных магов.

Потом связался с властями и передал то же самое. И мне было уже плевать, что тёмная магия под запретом. Что власти должны не защищать, а казнить моих некромантов. Но обстоятельства поняли все. Кто-то сразу, кто-то после долгого объяснения, но главное — поняли.

И возможно, это будет первый шаг к отмене запрета на тёмную магию.

Удивительно, но когда люди понимают, что грядёт сущий пиздец, то готовы на всё согласиться: хоть на финансирование тайного ордена, хоть на принятие запретной магии.

Первую половину дня я разбирался с поездами. Пришлось задействовать оставшихся в Москве доверенных людей, чтобы вести оттуда поезда. Пришлось дать много взяток. Обещать машинистам укрытие. Но это сработало. И сегодня в течение дня все поезда сперва отбывали по графику, а потом меняли направление.

Пожиратель душ не сможет заметить этого сразу, поэтому я не переживал на этот счёт.

— Лёш, ты чего не ешь? — спросила у меня Света за обедом.

А я просто задумался, и её вопрос вырвал меня из мыслей.

— Думаю, стоит ли уехать в Сибирь. Но тогда вся моя подготовка пойдёт к чёрту.

В этот раз учителя обедали с нами, поэтому в поисках совета я поднял на магистра вопросительный взгляд. Стефан Елисеевич не раз помогал мне, и я очень уважал его мнение.

— Как и оборона Смоленска, — добавил я.

Учителя переглянулись. А затем началась оживлённая дискуссия.

— Мы можем поехать с вами, — предложил магистр.

— Что? Нет! Я не подписывался так далеко ехать! — возразил архимаг.

— А мне всё равно, — пожал плечами Пётр Александрович.

— Родион Константинович, будем откровенны. Вы отправитесь туда, куда вам прикажут. И сейчас мы обсуждаем целесообразность этого перемещения, — серьёзно ответил я.

В ответ архимаг лишь хмыкнул.

— Мы сможем продолжить тренировки в перерывах между военными действиями, — предложил магистр.

— Я тоже хочу поехать, — внезапно сказала Света.

— И я, — следом добавила Диана.

А вот Лесси и Маше я не позволил открыть рот:

— Вы все останетесь здесь. Это не обсуждается. Вашими жизнями я рисковать не собираюсь.

Диана кивнула, а Света обиженно надула губки.

— Лёш, но ты собираешься рисковать собой. Почему тебе можно, а нам нет? — осторожно спросила Лесси.