Тринадцатый (СИ)

У парня сжались кулаки. Ему явно не терпелось пустить их в ход. Однако до такой низости он опускаться не стал.

— Ты мне ещё ответишь за эти слова.

— Ага, так я и сказал, что в магическом поединке встретимся. Там как раз скоро соревнования будут.

Кутузов ухмыльнулся. И в этом выражении читалось, насколько он высокого о себе мнения.

— Уж в магии ты меня точно не победишь.

— Посмотрим, — ответил я, нанося следующий удар по груше."

"Парень ушел в раздражении. Пускай. Так у меня будет дополнительный стимул освоить боевые плетения к началу соревнований.

В воскресенье мы с Сергеем всё же дошли до кинотеатра. Там показывали комедию про студентов на каникулах.

И на этот раз никого из знакомых по пути не встретили.

Макар занял свободное место в зале. И только мы слышали, что он ржал весь сеанс как конь.

Обратно к остановке шли по людной улице. Теперь ни у одного из нас не возникало желания срезать дорогу дворами. У Макара впечатлений хватило на всю обратную дорогу. Он практически не давал нам вставить слово.

— Ты всегда такой впечатлительный? — спросил у него Сергей.

— Ага! Это же у меня единственная радость в этой жизни, — ответил Макар и задорно закружился в воздухе.

— Скорее, в смерти, — хмыкнул я и обратился к Сергею. — Кстати, о впечатлениях. Во сколько тебе обошлась махинация со страховкой и платная палата?

— Без понятия, — пожал плечами парень. — Я отцу позвонил, объяснил ситуацию. А он уже разобрался.

— Ого! Ну ты уточни у его.

— Зачем? Для него это копейки, и он же не просит их вернуть.

— Для меня это дело принципа.

— Ты что богатый? Забей, — махнул рукой друг.

— Ты не понял. Даже если бы за меня император заплатил, я бы все равно вернул долг.

— Ну раз так, сейчас позвоню.

Мы подошли к КПП и остановились. Сергей достал из кармана чёрного пальто свой дорогущий смартфон и набрал отца.

На улице вовсю царствовала осень, да еще и дождь временами моросил. Приходилось постепенно утепляться.

— Привет, Алексей спрашивает во сколько вышло его спасение… Да, я тоже ему так сказал… Нет, говорит дело принципа… Ага. Ага. Так и передам.

— Ну что? — спросил я, когда он убрал телефон обратно в карман.

— Говорит для него дело принципа не принимать от тебя деньги. Говорит, считай это благодарностью за моё спасение от тех отморозков.

— Ты ему всё рассказал?

— А как же! Но отец велел предоставить тебе возможность с ними разобраться. Раз это ваш конфликт.