Темные удовольствия

И я так понимаю, это Беккет погрузил тебя в сексуальный туман?

— Сексуальный туман? Идеальное название для этого, — пробормотала я, подталкивая ее локтем. — У тебя для всего есть определение.

— Ну, я журналист — в смысле, хочу им стать, если когда-нибудь сдам орфографию.

— Ты сдашь.

— Да, но буду ли я старой и седой к этому времени — вот в чем вопрос, — проворчала Изабель. Она остановилась у входа в здание. — Почему ты возвращаешься сюда так поздно?

— Нам с Беккетом скоро сдавать проект, а мы его еще даже не начали.

— Слишком заняты трахом? Попросите отсрочку.

Я бросила на нее мрачный взгляд.

— Профессор не из тех, кто мне очень нравится. Я не хочу просить его ни о каких одолжениях.

— Он секси? — Спросила Изабель.

— Что? Нет. То есть он не уродливый или что-то в этом роде, но… от него у меня мурашки бегут по коже.

— Это уже перебор! Наверное, это из-за Беккета Андерсона и сексуального тумана. Все ясно. Я бы тоже не смогла смотреть на других мужчин. Есть что-то такое в горячих и злых мужчинах… Я понимаю.

— На самом деле он не злой.

Изабель подняла бровь.

— Ну, он не злой по отношению ко мне… больше, — добавила я.

Она рассмеялась.

— Любовь воистину слепа. Что бы ни делало тебя счастливой, Ева, ты не обязана ничего объяснять. Если всё дело в очень большом члене Беккета, то круто.

— Я никогда не говорила, что он большой.

— Тебе и не нужно было. Невозможно обладать такой энергией большого члена без внушительного аппарата. Это невозможно.

— Ладно, этот разговор выходит из-под контроля.

"— Да? Ладно. Веселой «учебы». Увидимся завтра. — Изабель одарила меня яркой улыбкой, которая сказала мне, что она полностью ожидает, что мы с Беккетом будем трахаться между полками и до проекта дело вообще не дойдёт.

— Увидимся, — бросила я через плечо и направилась внутрь.

На третьем этаже я поставила сумку и положила рядом с ней куртку, заняв удобное место рядом с кофеваркой и принтером, после чего размотала шарф.

— Мисс Мартино, — раздался голос за моей спиной.

У меня вырвался приглушенный вскрик. Я обернулась, и мои щеки тут же вспыхнули. У принтера стоял профессор Джеффрис.

— О, здравствуйте, профессор, — сумела выдавить я. Один только взгляд на него вернул меня в ту ночь, к сцене в гардеробной Колетт и фотографиям в моем телефоне. Я все еще не рассказала Беккету. Пока не было подходящего момента, но как только он наступит, я сделаю это.