Темные удовольствия

Беккет опустился на меня всем телом, и я раздвинула ноги, чтобы вместить его бедра. Его губы снова нашли мои, и я отдалась поцелую. Его руки обхватили мое лицо и погладили по щекам, откидывая волосы назад. Я словно опьянела от его прикосновений, голова закружилась, и я вцепилась в него, чтобы сохранить равновесие.

Ярость ушла, но настойчивая потребность осталась. Мне нужно было, чтобы он был ближе, и, судя по тому, как он прижимался ко мне, он явно чувствовал то же самое. Его член терся о мою киску, но между нами было так много одежды и это приводило меня в отчаяние.

Волна тепла окутала меня. Звон расстегивающейся пряжки послал по моим нервам новый прилив желания. Он стянул джинсы и боксеры, но не до конца.

На мне все еще была юбка-карандаш с работы, и Беккет легко задрал ее до талии. А еще на мне были колготки. Настоящие убийцы настроения. Я приподняла бедра, готовая снять их, когда воздух наполнил громкий звук. Он разорвал их одной рукой прямо посередине, оставив обвисшие остатки болтаться вокруг моих ног. Затем его пальцы проникли в мои трусики и погрузились в киску. Я вскрикнула: внезапное вторжение толстых пальцев было слишком приятным, и в то же время их было недостаточно.

Вслед за колготками Беккет разорвал и мои трусики.

Я приподняла бедра, извиваясь, чтобы избавиться от его пальцев. Он отстранился и уставился на меня, точно зная, в чем я нуждаюсь. Мои глаза привыкли к темноте, и я смогла разглядеть его черты. Он выглядел серьезным и напряженным; гнев прошел, но огонь в глазах не угас.

Беккет вынул из меня пальцы и размазал мою влагу по своему члену. Я приподняла бедра, когда он поднес головку к складочкам, потирая гладкой головкой вверх и вниз вдоль моей щели.

Никто никогда не хотел меня так, как он.

Я поцеловала его в ответ, и Беккет медленно вошел в меня, медленно проталкиваясь глубже, позволяя моей влаге постепенно покрывать его.

Острая нужда никуда не делась. Я хотела, чтобы он был во мне и повсюду вокруг меня. Я не могла думать ни о чем другом.

На самом деле эта настойчивая потребность только усилилась.