Темные удовольствия

Уорнер вскочил на ноги, поравнявшись со мной.

— Поясни, что значит «такая, как она», — пробормотал я низким и смертоносным тоном.

Уорнер молчал.

— Продолжай, мистер Болтун. Расскажи мне, если, блядь, осмелишься.

На челюсти тупого спортсмена дрогнул мускул, и он снова пожал плечами, но уже без прежней уверенности.

— Не знаю — бедная стипендиатка, как моя кузина. Я не имел в виду ничего плохого, это просто факт.

Я не стал раздумывать, просто среагировал. Кулак с треском столкнулся с носом Уорнера, и кровь брызнула на мою руку, когда я ударил его.

Я использовал его футболку, чтобы удержать его на месте, пока наносил удары. Он упал на колени, и я пнул его в бок. Я не знал, что именно вывело меня из себя. То, что он назвал ее бедной, привел ее сюда, когда она была слишком пьяна, чтобы стоять, или, может быть, это просто была реакция на то, что он встал у меня на пути.

Громкий удар и звук бьющегося стекла в ванной прорвались сквозь красную дымку, застилавшую мне глаза.

— Ей лучше подтвердить, что ничего не было, или, клянусь, фрагменты твоих костей придется вычищать годами с футбольного поля.

Уорнер усмехнулся, но это было фальшиво. Он был напуган. Хорошо, ему следовало бояться.

Я ухмыльнулся, изобразив свою самую испорченную улыбку богатого мудака.

— И не забывай, этот влиятельный миллиардер может сделать с тобой и всей твоей семьей все, что захочет.

Я наклонился, и Уорнер заметно напрягся.

— Для меня ты так же беден, как Ева. Все в этом кампусе такие. У тебя недостаточно денег, чтобы спастись от меня, и если ты что-то сделал с ней — никто тебе не поможет.

Я резко оттолкнул его, и он со стоном упал на кровать.

— Убирайся нахуй отсюда, пока я не решил выбросить тебя в окно, — бросил я ему, прежде чем направиться к закрытой двери ванной. По дороге мне кое-что пришло в голову. Способ убить двух зайцев одним выстрелом.

Он скорчился, все еще держась за живот. На его окровавленном лице отразилось замешательство. Господи, какой же он тупой. Я сделал шаг к нему, и парень вздрогнул.

— Я понял. Она вне игры.

— А теперь вали нахрен с глаз моих, — пробормотал я, пытаясь открыть дверь в ванную.

Она была заперта. Я громко постучал.