Танго втроем

Глава 44 - Аудиальные якоря

— Бог ты мой… — со стоном

— Да, моя девочка?

— Мои любимые осьминожки!

Да, раньше она очень любила, когда я готовил их гриль в остром соусе. И я готов готовить все ее любимые блюда, чтобы…

— Парочку?

— Мхм…

— Осторожно. Горячо и остро. Возьми рис.

Немного кулинарии и атмосферы;)

— Ты единственный мужчина, который готовит дикий.

— Это хорошо?

— Это великолепно!

— Я могу надеяться на полную автономию на кухне?

— Нет, — глядя мне в глаза.

Скрип вилки по тарелке.

Мои уши взрываются!

Это она намерено…

Теперь этот звук будет преследовать меня пару часов.

Передергиваю плечами, пытаясь стряхнуть эти мерзкие ощущения.

Кладу вилку.

— «Я несколько глуховат к отказам».

— Поэтому я воспользовалась вилкой.

Зараза!

Меня опять передергивает от воспоминания.

— Аудиальный негативный якорь. Чтобы не было желания повторять вопрос.

Отправив в рот кусочек, закатывает от удовольствия глаза.

— Ммм… Божественно!

— Почему нет?

— Потому что твои хрустящие осьминожки гриль в остром соусе просто великолепны! Но Ася любит кашу, свекольник и картошку с «ёжиками».

"— Неошкуренными?

— Что?

— Нет-нет… Это я так. Окей.

Не то, чтобы я рассчитывал…

— Ужин готовлю я. Это не обсуждается.

Эти откаты в проблемы ванильной реальности и необходимость терпеть ее мнение внутри сессий, не «есть хорошо». Но я сам начала эту тему. Нужно более организовано всё оформлять.

— Базилик могу есть только в твоем исполнении. — На ее вилке черри гриль с листиком базилика. — Почему так?

— Базилик нужно сочетать с кислотой — томаты, лимонный сок и только хорошее оливковое масло.

— Ладно… — жмурится. — Забирай свои ужины.

— Компромиссы… — морщусь я.

— Нет. Компромиссы — «это когда ни тебе ни мне, и никто не доволен». А я довольна…

Доливаю нам вина.

— За что выпьем, Женечка?

— За твою уникальную способность совмещать Подкаблучника и Доминанта.

Смешно…

Но с ней это так! И меня не обламывает это.

Мы улыбаемся друг другу.

— Не всегда в нужном для меня порядке, конечно…

Что-то ты разговорилась…

— Займи свой рот.

Застывает на полуслове. Облизывает губы, провокационно улыбаясь. Они налились кровью и немного опухли от острых специй. Минет… в этом остром ротике… может быть очень и очень… чувствительным! И для нее и для меня.

Но нельзя же беспрерывно трахаться, когда мы наедине.

Еда без чувства голода теряет свою прелесть.

Не хочу лишать ее голода. Хотя свой — мне не утолить еще очень долго. И я просто запоминаю идею.