Старое поместье Батлера (СИ)

Вскидывает руку, с зажатым в ладони терцеролем, вверх. Моё сердце снова где-то в горле.

Мир замер на мгновение, чтобы взорваться оглушительным выстрелом!

Я нервно дёрнулась, стараясь мысленно помочь своему коню быстрее отойти от шока: Зевс замер на пару секунд после старта, как делал последнее время на тренировках. Тут ничего не изменилось. Но поменялась атмосфера – мой жеребец видел, что его обогнали и ему это страшно не понравилось!

Ещё до того, как Рон дал шенкелей, Зевс сорвался с места, вытягивая могучее тело, отталкиваясь мощными ногами от рыхлой земли, всё ускоряя свой бег.

Стадион оцепенел, зрители перестали кричать, для меня остановилось само время, я слышала лишь громоподобный стук своего сердца, что билось в такт каждому удару копыт Зевса о землю.

Мы мчались вперёд, мимо Резвого… Мимо Энгера… К своей первой, но такой важной победе!..

– Зевс! Зевс! Зевс! – сканировали трибуны. – Зевс! Зевс! – улетали сотни голосов в синие небеса, навстречу жаркому солнцу.

И я кричала вместе со всеми! Как и Дин, и матушка с Томом. И наши мастерицы, прибывшие сегодня на первые самые важные скачки этого года. Тут же были Ройс Рейвенскрофт с бабушкой Жульеттой, и Мастер Волш, на которого золотым дождём посыпались многочисленные заказы на новый вид сёдел с монограммой ""ГБ"".

– Вот он победитель ""Алонского дерби"", первых скачек Тройной короны, опередивший Энгера на два корпуса, – над трибунами разнёсся голос судьи, усиленный рупором, – Зевс!!!

Рон, гордо восседая на красавце жеребце, совершил круг почёта, парень широко белозубо улыбался и махал восторженной толпе.

– Поздравляю, любимая! – ликовал Дин, подхватывая меня на руки и крепко прижимая к себе.

Впереди нас ждал один забег попроще, после которого состоятся ""Уэстмит Стэйкс"" и я очень надеялась, что всё пройдёт так же гладко, как и сегодня…

***

Интрелюдия

Две недели спустя

Рон был счастлив. Победа за победой невольно кружила голову, улыбка сама собой наползала на губы; плечи распрямлялись, грудь сама важно округлялась.

Отец и мать страшно им гордились, вся родная деревенька! Никто больше не смел называть его малыш Ронни, уважения в словах и взорах значительно прибавилось. А некогда задиравшие его парни вдруг стали стремиться с ним сдружиться, что неимоверно тешило самолюбие молодого талантливого жокея.

Ему понравился город, в который они прибыли сегодня утром. Соседняя провинция Саншир.