Там, где живет любовь

Почему-то я так расстроилась. Не меньше, чем из-за мамы и Катерины. Будто внезапно осознала, что в этом году без музыки пожилого соседа вдруг не начнется лето. И свобода, и все светлое впереди…

– Я отмазала тебя от лагеря, – вспомнила я утренний разговор с директрисой.

– Спасибо, – кивнул Никита.

– Но Лидия Андреевна расстроилась.

Никита только снова кивнул.

– Я сказала, что ты не сможешь поехать по семейным обстоятельствам. Дома проблемы.

– Что ж, возможно, ты недалека от истины, – опять улыбнулся Никита.

Хотелось, чтобы он рассказал мне все, что творится у него на душе. Не зря же он проводит время в этом заброшенном домике. Но Никита молчал и ничего не говорил.

– Счастье все равно придет, – зачем-то припомнила я фразу, брошенную Катериной.

Тут до нас донеслись голоса:

– Ве-ра!

– Вер!

– Тебя ищут, – произнес хриплым голосом Никита.

Я отпрянула от Ярового и быстро поднялась на ноги. Нужно выбираться. Почему-то мне не хотелось, чтобы ребятня рассекретила это место.

– Желаю хорошо отдохнуть в лагере, Верона, – сказал мне напоследок Никита."

"– И тебе не скучать, – вздохнула я, выбираясь на первый этаж.

* * *Как я и предполагала, в первый день лета Степан Иванович со своим аккордеоном так и не появился. Я специально распахнула окна своей комнаты, которые выходили во двор. Но не услышала ничего, кроме кошачьих воплей и детских криков. Позже даже ноутбук притащила на подоконник, чтобы не пропустить звуки аккордеона.

Позже я пристала к Ирке, чтобы та узнала у мамы, все ли в порядке со Степаном Ивановичем. Сама спускалась к нему пару раз, но мне никто не открыл.

Третьякова успокоила меня через пару дней. Сказала, что сосед жив и здоров и дела у него идут просто отлично. Младший внук купил недвижимость в Крыму и увез Степана Ивановича к морю почти на все лето.

– А ты собираешься в лагерь? – спросила я у Иры по телефону.

Ирка промычала что-то невнятное, а за пару дней до поездки огорошила меня сообщением в «ВК»: «Я никуда не еду».

Тогда я, не долго думая, отправилась к Третьяковым. Дверь мне открыл мрачный Даня.

– Слава богу, ты пришла! – Парень тут же втянул меня в квартиру. – Эта придурочная со вчерашнего дня с ума сходит.

– Что случилось? – запаниковала я.

– Вадик долго гасился, а вчера объявился. Для того, чтобы Ирку бросить.

– А-а-а, – протянула я.