Странный Пират

— Думаю, первое, с чего мы начнем, — это нужно решить, куда мы точно летим и чего мы там хотим добиться. На данном этапе мы можем попробовать убежать, куда планировали, и спрятаться там, пока все не утихнет, но теперь, кроме нас, появилось еще 300 человек, о которых нужно думать и которые рано или поздно потребуют нормальной жизни. Потому что там, где мы будем жить, деньги, которые они будут получать, не стоят ничего — их просто некуда тратить. Накопить на станцию мы реально не успеваем. Нужно минимум 200 лярдов, и это не считая проблем с ее охраной и доставкой.

— Понимаешь, Флем, мы хоть и были элитой разведки, но к хранению и обеспечению флотского добра допуска не имели, — ответил Егор.

На выручку пришел Увар:

— Можно задать вопрос по снабжению флота нашему майору из АХЧ флота. Сам он точно не знает, но достать схемы и планы снабжения времен войны точно сможет. Вопрос цены только.

— Флем, ты только не уходи от ответа на заданные вопросы, — напомнил о себе Николай. Флемер посмотрел на Колю.

— Ты, капитан, засранец. Нет у меня плана. Давайте его составлять. Я могу что-то придумать, или чуйка подсказывает, но планы у нас составляет Мила, а для плана нужно еще разобраться, кто и чем хочет заниматься и кого чему будем учить, среди нас.

— Все эти мысли бесполезны без конечной точки маршрута, я правильно уловила твою мысль? — спросила Мила."

"— Да, потому что мы не знаем, чего ждать и к чему готовиться. Мы сейчас можем выучить то, чего там нет, и толку от потраченных денег и времени не будет. И это не все, я примерно понимаю, чего хочу, и предполагаю, чему учить Машу. Что развивать у Андрея или у тебя, Мила, вообще не знаю.

— А про наших коммандосов что ты скажешь?

— Они, во-первых, не молоды, во-вторых, уже являются спецами, но очень узкого профиля, который может и не пригодиться в повседневной жизни. То же относится и к специфике Увара. Он очень нужен в обжитых мирах, где много людей и кораблей, а где нет этого, что он будет делать?

На лицах присутствующих, кроме, наверное, Милы, была растерянность, они как-то не думали о том, что сейчас сказал Флемер.