Страшно любить ангела

Словно почувствовав, что на него смотрят, мужчина поворачивается и мы встречаемся взглядами. Время вокруг застывает…

Контакт…

Секунда… Короткое замыкание… Две… Вспышка… Три… Взрыв!!!

Меня накрывает лавина эмоций, сносит крышу, разрушает стены, уносит прочь. Резко заканчивается воздух, перекрыли кислород, нечем дышать.

В висках пульсирует, перед глазами все расплывается. Ноги подкашиваются, ладошки вспотели, закружилась голова.

Я словно во сне вижу каждую его морщинку, каждый волосок. Радость, страх, волнение, смятение, нежность и неуёмное желание прикоснуться бушуют в израненным сердце.

Делаю шаг. Второй. Застываю, не смея подойти ближе.

Он безотрывно смотрит на меня, сметает выстроенные барьеры, проникает глубже… туда, где скрыты самые тайные желания, самые заветные мечты. Ледяные голубые глаза сканируют, изучают, а я плавлюсь, сгораю и, возрождаясь, парю. Как в замедленной съёмке, остро чувствуя каждую секунду, каждый удар сердца, тянусь израненной душой к нему.

""Здравствуй,""-нерешительное моё.

""Привет,""- уверенное его.

""Ты нужен мне,""-мой крик души.

""Не жди. Увы,""- его ответ.

Сердце раненной птицей бьётся в клетке, разрывая душу на части. Желание подойти пересиливает крик разума:

""Он не один! Не смей! Не лезь!""

Стою. Смотрю вперёд. Забываю дышать.

Так много слов вертится на языке, но я не решаюсь произнести ни звука. Так много чувств всплыло в сердце, но я запрещаю себе их ощущать. Так много волнительных воспоминаний проносится в памяти, но я силой заставляю себя вновь забыть.

Красивая, эффектная, холеная блондинка виснет у Дениса на шее, переключая внимание на себя.

Контакт разрывается. Обрыв проводов.

Холодно. Одиноко. Пусто вокруг.

Он с другой. А все, что было между нами — всего лишь секс, остальное я нафантазировала сама.

Срываюсь с места и несусь прочь. С этажа, из здания, с улицы… Мне нужно оказаться как можно дальше отсюда. От него.

Глава 8. Денис

— Че вы ржете, придурки?! — вызверился на парней и сел на свое место.

— Диииись, — тоненьким голосом тянет Дрейк и эти черти снова выпадают в осадок.

— Заебали! — рычу на них, но уже сам еле сдерживаю смех, ибо из уст почти двухметрового амбала это звучит нереально забавно.

Еще минут двадцать активного стеба и от меня, наконец, отвязались. Уже с серьезным выражением лица Дима закурил у окна и спросил:

— Она о тебе вообще ничего не знает, да?

— Ей не нужно, — отвечаю холодно. Говорить об Ане у меня нет абсолютно никакого желания. Все мои мысли заняты другой.