Спят усталые игрушки

Нина ухмыльнулась:

– Ну, подруга – это сильно сказано, просто хорошая знакомая. Ни про какую дочку я и слыхом не слыхивала, а родственников у нее никаких нет, искать некому. Ей уже без разницы, все равно сожгли, а мне волокита и головная боль.

Я злобно ткнула пальцем в красную кнопку. Жалобно пискнув, «Эрикссон» отключился. Нет, какова! Интересненько, как она думает получить новый паспорт, коли числится покойницей? Рассчитывает на нерасторопность наших соответствующих служб? Надеется, что информация о ее «смерти» еще не достигла паспортного стола? Что ж, такое возможно.

Глава 8

Дома опять дым коромыслом. В прихожей чьи-то пальто и куртки, из гостиной доносятся раскаты смеха. Я тихонько вошла в комнату.

– Ой, мусечка, – кинулась мне навстречу Маня, – Филя тут всем гадал, а сейчас мы совершаем обряд изгнания злых духов.

В гостиной толпилось человек десять неизвестных мне людей. У всех в руках свечи и какие-то бубенчики.

– Дашка, – крикнула Алиска, – ну наконец-то! Филя, дай ей быстренько трамболо.

– Что? – изумилась я.

– Так называется колокольчик, которым отгоняют злых духов, – пояснила раскрасневшаяся Ольга. – Мы сейчас выстроимся особым, магическим порядком и двинемся вокруг дома.

Я в ужасе поглядела на невестку.

– А где Кеша?

– Собак одевает, – ответила Зайка.

Не успела она закрыть рот, как в гостиную вошел Аркашка. От изумления я чуть не грохнулась оземь. На голове сына красовалась странная шапочка с рожками, украшенными бубенчиками, больше всего напоминающая колпак шута. У Банди и Снапа на шеях тоже колокольчики, Хучик упакован в какой-то комбинезон из серебряной ткани, а Жюли и Черри украшены перьями из хвоста вороны.

– Так, живо стройтесь! – распорядился Филя.

Присутствующие бестолково заметались.

– Первым пойдет Аркадий, хозяин дома, с ротвейлером. Следом Дарья со Снапом.

Мне дали поводок в левую руку, а в правую всунули тяжелый бронзовый бубенчик.

– Отлично, – командовал маг, – следом мужчины по старшинству с другими собаками, потом женщины. Маша в самом конце.

– Не хочу быть последней, – начала капризничать девочка.

– Не спорь, а то в жабу превращу, – пообещал Филя.

Потом он взял в руки жезл, украшенный перьями.