Спят усталые игрушки

Нину приняли в Литературный институт. Она окончила его автором двух тоненьких поэтических сборников и членом Союза писателей.

– Бабушка постаралась, – объяснила Лиана, – ее в союзе очень уважали. Вот она и бегала по инстанциям, хлопотала за Нинельку.

Денег стихи не приносили, но родители и не требовали от дочери заработка.

– Пусть пишет, – восклицал отец, – фамилию прославляет!

Так они и жили – витающая в облаках Нинелька и твердо стоящая на земле Лиана.

Благополучие лопнуло разом. Светлым теплым майским днем братья Сундукян с женами выехали на шашлык.

Лиана как раз подцепила где-то грипп и маялась с температурой. А Нинелька никогда не принимала участия в подобных развлечениях.

В два часа дня позвонили из милиции. «Волга», управляемая Ваганом, на полной скорости врезалась в бетономешалку. Все погибли.

Хоронили их тоже вместе, всех четверых, в одной могиле.

После гибели любимых сыновей и невесток Сусанна сильно сдала, начала болеть и в конце концов шесть лет тому назад тихо умерла. Перед кончиной бабушка вызвала Лиану и сказала:

– Детка, я завещаю родительскую квартиру Нинель, и ты не должна обижаться.

У тебя в руках специальность, на жизнь всегда заработаешь. Нинуська же ничего не умеет, пропадет с голоду. И потом, квартирка у тебя есть.

Лиана молча выслушала бабулю. С языка чуть не слетело, что у Нины тоже есть квартира, и возраст у них одинаковый. Но девушка смолчала.

После смерти Сусанны Нинель переехала на улицу Черняховского, свою прежнюю сдала и зажила в свое удовольствие.

Лиана набрала побольше дежурств в поликлинике и пыталась стойко сопротивляться трудностям. Приходилось нелегко. Изредка двоюродные сестры созванивались, но особо не дружили. В душе Лианы жила стойкая обида, Нинельке же, казалось, наплевать на всех.

Через несколько лет Лиана вырвалась из нищеты. В золоте не купалась, но слыла классным стоматологом и имела обширную практику. Нина, наоборот, опускалась на дно. Стихи не печатали, цены на съемные квартиры начали падать, и больше ста долларов за ее однокомнатную никто не давал… Вот тогда-то поэтесса и принялась названивать более удачливой двоюродной сестре.

– Меня просто коробила ее наглость, – дернула плечом Лиана, – только и слышала: «Подбрось денег». Да еще заявляла: «Тебе бабушка велела обо мне заботиться». Я один раз не выдержала и сказала: «У меня в поликлинике требуется санитарка, хочешь, устрою?» Так она обиделась: «Я человек творческий, если начну с тряпкой по полу елозить, все мысли растеряю.