Спят усталые игрушки

– Мы все – один организм, – страстно говорила Нина, – нас связывают незримые нити. Теперь я не одинока в безжалостном мире, а мои стихи звучат на наших собраниях. Более того, приняв истинную веру, ощутила невероятный творческий подъем и пишу больше и лучше. Кстати, этот факт даже отмечают посторонние люди. Вот смотрите.

И она гордо выложила на стол бумажку. Издательский договор. Некое «Коро» собиралось выпустить в свет книжку «За голубым туманом», принадлежащую перу Сундукян.

– Ах, ах, ах! – застонала я. – Дорогая, познакомьте с Отцом, хочу тоже обрести смысл жизни.

– Нет ничего проще, – обрадовалась Нинель, – хотите послезавтра поехать в обитель?

Я энергично затрясла головой. Еще бы, просто мечтаю.

Глава 24

Домой прискакала радостная. По дороге купила двадцать штук пирожных и много конфет. Устроим сегодня чаепитие, наконец-то расследование сдвинулось с мертвой точки, скоро увижу Верочку, а там уж придумаю, как выкрасть девочку. И вообще мои домашние все очень милые, ласковые, приветливые, а Алиска не такая уж и грубиянка, ну и пусть отпускает свои непроизвольные словечки, если ей от этого легче.

Переполненная счастьем, я толкнула дверь в гостиную и увидела Алиску с газетой на диване. Ольга сидела возле телевизора. Похоже, она превращается в нарцисса, опять любуется видеозаписями «Мира спорта».

– Нравится? – спросила я.

Зайка повернула голову и недовольно заявила:

– Отвратительно. Под глазами тени, нос длинный, волосы как мочалка, смотреть невозможно…

– По-моему, ты слишком к себе критична, – засмеялась Алиска, не отрываясь от статьи. – На экране изумительно смотришься, намного лучше, чем в жизни!

– Ты хочешь сказать, на самом деле я выгляжу еще хуже, чем тут? – указала Ольга пальцем в сторону «Панасоника»."

"– Конечно, – заявила балерина, – в жизни ты лахудра лахудрой, ничего особенного, а в свете софитов превращаешься в красавицу.

Зайка задохнулась от негодования.

– Никакая я не мочалка!

– Нет, – спокойно подтвердила Алиска, опуская газету, – ты больше походишь на кошелку!

Но я уже не слышала их перепалку.