Стилист для снежного человека

Когда-то, достаточно давно, Никита совершил некий неблаговидный поступок. Сейчас денежный мешок пообещал передать информацию в газеты, Никита испугался и взялся за работу. Собственно говоря, это все!

– Имя, имя…

– Чье?

– Спонсора!

– Смотрите, – воскликнул Никита, – снег пошел! Надо же, как рано! Сейчас ударит сильный мороз, а под Новый год потеплеет…

Целый час я провела в кабинете, пытаясь добиться от Олега правды, но переводчик упорно говорил о погоде, кофе, французской литературе, книгоиздательском бизнесе… В общем, о чем угодно, кроме интересующих меня обстоятельств.

– Ведь вы обещали мне помочь!

Олег нахмурился.

– Дашенька, поверьте, я не раз мысленно говорил вам спасибо. Но выдавать чужую тайну подло.

– Вы не скажете имя спонсора?

– Нет.

– Но почему?

– Ну… не сумею этого сделать.

– Значит, я не узнаю фамилию любовника Милы!!!

– Если он и спонсор одно лицо, думаю, нет. Впрочем, после смерти Никиты я могу приоткрыть завесу, – пообещал Ремизов, – но Волк меня переживет.

По моей щеке неожиданно поползла слеза, а плачу я, как правило, лишь от бешенства.

Очень расстроенная и обиженная я вернулась в Ложкино. В голове не имелось ни одной конструктивной мысли. Но ведь безвыходных положений не бывает. Значит, сейчас я поднимусь к себе и попробую сообразить, как действовать дальше.

Не успела я перешагнуть порог, как в прихожую высунулся Женя, на стилисте на этот раз красовался пуловер цвета сочной молодой травы и ядовито-красные джинсы.

– Ой, – испуганно воскликнул он, – быстрее беги в баню.

– Почему? – насторожилась я. – Выгляжу грязной?

– Нет, чтобы спрятаться!

– От кого?

Женя боязливо обернулся, открыл рот, но тут в холл вынеслась Зайка и прошипела:

– Явилась!

– Привет, Заюшка, – стала я подлизываться к Ольге, – поздравляю с началом новой программы. Очень рада, что вы с коллегами отмечаете праздник у нас.

Неожиданно Женя захихикал и кинулся в баню, Зайка уперла руки в бока.

– Ну, судя по этой примете, наш новый проект погиб, – заорала она.

– Индюшка сгорела! – ахнула я.

– Нет, – процедила Ольга, – птица, которую я лично поставила в духовку, удалась отменно. Даже ты не сумела ее испортить!

– Я только вынимала противень, больше ничего с едой не делала.