Слепая ревность

Горько, оттого что от моих вольностей пострадал бизнес Германа.

– Варя, – отмахивается от меня отец. – Не говори глупости. Все. Закрыли эту тему. Я отец и не желаю тебе зла. Ты просто маленькая девочка, которую нужно направлять. Погуляла и хватит, – отрезает он.

Интересно, если я сброшусь с моста, до него дойдёт, насколько мне больно? Или это опять воспримется как очередной каприз глупой девчонки.

Поднимаюсь с места и ухожу в свою комнату. Не хочу никого ни видеть, ни слышать. Закрываюсь. Ложусь в кровать, утыкаюсь в подушку, кусая губы, чтобы не зарыдать.

Сдержаться не получается, слезы прорываются сквозь зажмуренные веки, дыхание рвётся. Я даже позвонить ему не могу. Да, это будет нечестно. Между нами все равно больше никогда ничего не будет. Мне не позволят. Как с этим смириться? Все мои самовольства принесут Герману лишь неприятности.

– Дура! Какая же я дура! – кричу в подушки и колочу их кулаками. Знала, что нельзя, знала, что никто не позволит. Правильно отец считает меня глупой. Ненавижу всех.

И правда, хочется сброситься с моста и лететь вниз. Но легче от этого никому не станет. Как бы обидно и горько ни было, мой единственный шанс – это убедить отца.

Успокаиваюсь, стараюсь дышать ровнее, пытаясь думать. Нет безвыходных ситуаций, есть неправильные решения.

Опустошаюсь, около часа просто смотрю в потолок. Ни одного правильного решения не приходит. Не замечаю, как засыпаю. Мне снится его голос. Впервые настолько четко снится голос, приятный тембр. Любимый голос. Ни одной картинки, только голос, который шепчет мне очень много нежностей, как в наши сладкие ночи.

Резко просыпаюсь, садясь на кровати. Я даже оглядываюсь в поисках Германа. Его, конечно, нет. Накрывает разочарованием. Очень горько и снова хочется рыдать. Я так хочу услышать его голос. Хватаю телефон, в порыве набираю номер Германа. У меня новый номер, он не узнает, но я смогу услышать его голос. Руки трясутся, сердце колотится, как сумасшедшее.

Гудки, гудки, гудки…

Стук в дверь.

– Я сплю! – кричу, отсылая всех к чертовой матери.

Гудки, гудки, гудки…

– Варя, открой, нужно поговорить! – это Родион. Я не выражаюсь, не ругаюсь, но сейчас очень хочется его послать подальше.

Гудки, гудки, гудки…

Не берет.

– Варвара, всего пару слов. Открой, пожалуйста.

Со злостью кидаю телефон на кровать, встаю и открываю Родиону.

– Что еще?

– Я зайду, – не дожидается приглашения, отодвигает меня, проходя в комнату.

– Родион, я, правда, никого не хочу видеть.