Под защитой бандита

Бадди путается под ногами.

— Давай я сама донесу.

— Нет, я сам, — упрямо дергает подносом, чайник пошатывается, а у меня сердце обрывается.

— Давай я возьму чайник, а ты – все остальное. Мама точно не обрадуется, если ты обожжёшься.

— Хорошо, — кивает.

Забираю у него чайник. Поднимаемся наверх. Сын во многом похож на отца. Давид заботливый. Баро тоже. В своём стиле, конечно, но все же. Очень приятно, что мальчику это привили. Главное, чтобы он не перенял отцовский цинизм и жёсткость.

У Давида заняты руки, и я стучу в дверь.

— Да, входите! — отзывается Амалия. Толкаю дверь, пропуская ребенка вперед. В комнате полумрак. Темные шторы плотно задёрнуты. Амалия лежит в кровати, в очках, читая книгу при свете прикроватной лампы. Выглядит, и правда, не очень хорошо. Осунулась, круги под глазами.

— Мам, я принес тебе чай и мед, — сообщает Давид. Амалия устало улыбается, посматривая на меня.

— Чайник горячий, я помогла ему, — оправдываю своё вторжение.

— Спасибо, — снова добродушно улыбается. И вот именно сейчас я ей верю.

Не может больной человек притворяться. Мне хочется поговорить с ней по душам и понять, что творится в ее голове. Ни одна женщина, даже бывшая, не будет вот так с распростёртыми объятьями принимать другую. Но сейчас не лучшее время для разговоров. Амалия убирает с тумбы книги, позволяя поставить поднос. Я наливаю в чашку чай, пока она целует и обнимает сына в знак благодарности.

— Может, вызвать врача?

— Не стоит, ничего нового он мне не скажет. Со мной так бывает в определённые дни.

Надеюсь, завтра станет лучше.

Киваю. Мне неловко. Хочется ее поддержать, но мы не столь близки. И все же я решаюсь на вопрос.

— А ты не знаешь, где Баро?

Тут же жалею, что показала свою заинтересованность.

— Мне нужно кое-что у него выяснить, — пытаюсь оправдаться.

— Не волнуйся. Он появится. Он никогда не отчитывается о своем местонахождении и не сообщает, когда вернется. Привыкай.

Закатываю глаза. Так вообще нормально?"

"— Мне тоже никогда это не нравилось, но, чтобы избежать разочарования в людях, надо избавиться от иллюзий.

Умей принимать Баро таким, какой он есть, и он даст тебе намного больше, чем ты ожидаешь, — изрекает она.

— Да нет у меня никаких иллюзий на его счёт. Просто спросила, — пожимаю плечами.

Да, я переживаю. Но открыто признаться ей не могу.

— Напиши ему, спроси, все ли в порядке, — словно читая мои мысли, предлагает она. — Женщины много ждут от мужчин, забывая о том, что мужчины больше нас нуждаются в заботе.