Силиконовая надежда

 – Он перегнулся через стол и дотянулся до моей руки, и я ее сразу отдернула:

– Не перегибай, Одинцов. Ничего больше не будет. Отныне между нами не может быть никаких отношений – ни деловых, ни тем более личных.

– Деля, но я же вернулся. Я все понял, я оценил то, что потерял, переосмыслил свои ошибки. У нас ведь были хорошие моменты, разве ты не помнишь?

Как я могла этого не помнить… Павел был моей первой и самой сильной любовью, собственно, можно сказать, что и единственной – после него я уже никому больше не верила.

– Отношения – это не только ты. Нас в них было двое, понимаешь? И это ты сегодня вернулся. А я нет, – произнесла я, глядя поверх его головы.

– Но что мешает тебе тоже вернуться? – настаивал Одинцов и даже попытался встать и подойти ко мне, но я отрицательно покачала головой:

– Сиди там, где сидишь. Мы ничего уже не вернем, я даже обсуждать это не хочу. Давай решим все вопросы по работе, и ты уедешь, и мы сделаем вид, что не было этого разговора и вообще этого дня не было.

– А у меня нет к тебе никаких рабочих вопросов, Аделина, – сказал Павел, улыбаясь. – Я приехал только за тем, чтобы вернуть тебя. А министерская проверка – всего лишь способ попасть к тебе на прием, я же не дурак и знал, что ты не обрадуешься.

– Ну, так зачем напрягался, раз знал?

– Я тебе все объяснил. – Павел поднялся и пошел к двери, но, взявшись за ручку, обернулся: – У тебя будет время подумать и принять правильное решение, я не собираюсь на тебя давить.

Он толкнул дверь и прямо в проеме столкнулся с входящим в кабинет Мажаровым.

– Извините, – сказал тот, посторонившись, – но у меня срочное дело к Аделине Эдуардовне.

– А я уже ухожу, – улыбнулся Одинцов. – Она в полном вашем распоряжении.

Мажаров проводил его удивленным взглядом, закрыл за собой дверь и спросил:

– Какое-то начальство?"

"– С чего вы взяли? – стараясь держать себя в руках, я отошла к окну, чтобы он не видел выражения моего лица.

– А тон наглый, как у всех чиновников.

– Вы что-то хотели, Матвей Иванович? – Мне не очень хотелось придумывать объяснения, потому я постаралась перевести разговор.

– Да. Позвонили из городской больницы, просят разрешения привезти женщину после автодорожной, там все лицо всмятку.

– Ну, так пусть везут – я вам зачем?

– Не будете смотреть?

– Я вам доверяю. Но если возникнут вопросы, позвоните, я спущусь.