Шекспир мне друг, но истина дороже

 – Тут такая фишка, или этот ваш Вельзевул совсем без башки, или, напротив, настолько умный, что не нам с ним тягаться!.. Вот скажите мне, Максим Викторович, дорогой, зачем он Лялю-то хотел спалить? Исходя из каких соображений? Из личной неприязни, что ли? Или, может, он пироман? Любит все поджигать?

Федя походил по комнате. Максим спал.

– Молчите? То-то и оно, что нечего сказать. Ну, ключи от сейфа подкинуть – еще понятно зачем. Чтобы на нее навести, она, мол, директорские деньги свистнула.

У всех преступлений в мире есть, как известно, всего три мотива: любовь, она же ненависть и страсть; деньги, туда же наследство, подложные векселя и всякое такое; и попытка скрыть предыдущее ужасное преступление.

К какому из перечисленных мотивов относится попытка убийства Ляли Вершининой?.. Любовь и страсть – нет, не годится! Это у Ляли любовь и страсть к местному… тенору.

Бабушка рассказывала, что в пятидесятые годы в Москве все почему-то сходили с ума по тенорам. Теноры были кумирами целого поколения девушек!.. Девушки караулили теноров у театральных подъездов и у дверей квартир, забрасывали их букетами, падали в обморок, если тенор случайно взглядывал на одну из них, и визжали на премьерах. Куда там нынешним кумирам, которые все на популярность жалуются, говорила бабушка, усмехаясь.

Почему-то артист Роман Земсков представлялся Феде именно таким тенором. Вот он несется по улице Рождественской, а за ним следом летит целая толпа восторженных девиц!.

– Деньги, – вслух произнес Федя Величковский, спохватился и посмотрел на спящего шефа. Тот даже не пошевелился. – Деньги!..

Секундочку. Секундочку. Будем рассуждать логически. Самое главное, пройти путь от финала к началу и нигде не сбиться.