Северная корона. По звездам

Поздравление, вручение диплома и сертификата на крупную сумму денег, аплодисменты, совместные фотографии, телекамеры – все это приятным шоколадным вихрем пронеслось в разгоряченном сознании Марты, которая до последнего думала, что ее разыгрывают, даже тогда, когда председатель пожимал ей руку и говорил теплые слова и когда на банкете, устроенном в честь завершения конкурса все дружно поздравляли девушку и ее преподавательницу, и когда растроганная, едва ли не плачущая мама и остальные родственники звонили и поздравляли Марту с победой – заслуженной и давшейся тяжело.

Вечером, вернее, почти ночью, когда Карлова уже без движения лежала на своей кровати, ей позвонил отец и сказал немного срывающимся голосом, в котором, как белка в дупле, пряталась боязнь того, что старшая дочь не захочет слушать его:

– Марта, девочка, я так рад, что ты стала первой. Юля тоже очень рада.

"Девушка, которая за эти сутки устала так, словно пахала на полях три дня без перерыва, не нашла сил нагрубить нелюбимому отцу и поэтому только произнесла:

– Спасибо.

– Я горжусь тобой. Мой друг, он дирижировал – ты, наверное, поняла, кого я имею в виду, – сказал по телефону, что моя дочь была, без сомнения, лучшей, – продолжал, едва слышно сглотнув, Константин Власович деланно веселым голосом. Ему всегда было тяжело разговаривать с нервной в его присутствии Мартой, которая в такие моменты иногда напоминала ему первую супругу Эльвиру – женщину экспрессивную, но умеющую хорошо сдерживать свои эмоции, а потому кажущуюся холодной и жесткой одновременно.

– Спасибо, – вновь ответила Марта, не зная, что еще сказать отцу.

– Может быть, увидимся на твой день рождения? – несколько робко, но дружелюбным тоном предложил мужчина. – Я приготовил для тебя замечательный подарок.

– Может быть.

– Хорошо, договорились, – обрадовался Константин Власович, и они с Мартой распрощались, оба чувствуя облегчение.

На следующее утро Марта, как и другие скрипачи и скрипачки, поехала не в аэропорт, а в загородный дом отдыха, располагающийся около большого чистого озера в хвойном лесу, где несколько мэтров скрипичного дела должны были провести мастер-классы.