Северная корона. По звездам

С довольными лицами, болтая и смеясь, веселые скрипачки прошли на свои места, которые в этом баре нельзя было не назвать оригинальными: деревянные грубые столы и тяжелые стулья с высокими спинками и подлокотниками еще больше делали «Три сосны» похожим на некое увеселительное заведение века этак шестнадцатого. Бар все больше и больше набирал популярность, особенно среди молодежи, хотя считался относительно новым – всего несколько лет назад здесь было самое настоящее казино, известное и, как поговаривали, приносящее огромный доход владельцам, но после того как на территории страны в силу полностью вступил Закон № 244, казино оказалось закрытым.

Часть его переделали под магазин элитных вин, а часть – под компьютерный клуб, в котором, оказывается, проходили нелегальные азартные игры и стояли игровые автоматы. Впрочем, два года назад их тоже свернули во время масштабной полицейской операции, во время которой одновременно были «штурмом» взяты сразу несколько подобных заведений, контролируемых преступной группировкой Пристанских. После этого, собственно, и появилось само кафе «Три сосны». Этакий чистый лист в грязной истории дома.

Поначалу все шло хорошо: атмосфера бара была непринужденной и даже по-своему уютной, спокойная живая музыка, вырывающаяся из-под пальцев пианиста – достойного с виду мужчины лет пятидесяти, услаждала ушки юных скрипачек, сразу бы заметивших фальшь в игре, официанты вели себя вежливо и постоянно улыбались, а вишневое пиво на вкус оказалось необычным и больше похожим на кисло-сладкий, чуть горьковатый вишневый коктейль.

Даже Марта, которая относилась к алкоголю равнодушно, была в восторге – так ей понравился вкус рубинового по цвету холодного хмельного напитка с кокетливой белоснежной пенкой, который она потягивала из трубочки.

Спустя час веселящиеся девушки заказали себе еще по одному бокалу с фруктовым ароматным пивом.

– Давайте выпьем за наш отличный концерт! – громко, с широкой улыбкой сказала Надя, сообразив, что они так и не подняли ни одного тоста.

Она, блестя темными, кажущимися при тусклом свете бара почти черными глазами, радужки которых напомнили рядом сидящей Марте крупные плоды смородины, первой подняла в воздух бокал с вишневым пивом. – За то, чтобы мы всегда так круто играли! Так, чтобы окружающие слышали наши скрипки, а слушали наши мысли и эмоции!

Подруги поддержали ее и с удовольствием подняли бокалы, а также, потихоньку хмелея, стали провозглашать один за другим и другие тосты.