Северная корона. По звездам

Там, под покровом нежного шума быстро бегущих к далекому морю холодных вод реки, Александр совершил еще одну маленькую победу – взял лицо светловолосой девушки в свои ладони и поцеловал, не получив при этом по лицу и добившись от нее ответной реакции, надо сказать, очень приятной.

* * *Марта с окрыленной душой стояла посредине комнаты и изучала свое новое приобретение, из которого вылетали действительно чистые, как хрусталь, звуки, складывающиеся в затейливую скрипичную песнь.

В тот день и вечер мама и бабушка Марты с умилением слушали, как их единственная надежда красиво, без фальши и устали играет, запершись в своей спальне.

– Не зря все-таки мы столько сил потратили на ее музыкальное образование, – с гордостью сказала ее мама Эльвира Львовна, сидя на кухне и осторожно маленькими глоточками попивая обжигающий кофе. Ей, кстати, Марта по совету Ники сказала, что на покупку скрипки половину денег подбросила кузина, а половину она накопила сама; к тому же истинную ее стоимость девушка умолчала, иначе ее мама явно бы не поверила, что у двух девушек хватило средств на столь дорогую вещь.

– Марта и сама старалась, – возразила бабушка. – Вспомни, Эля, как она с детства упорно занималась. Гулять почти не ходила – только летом, и то не всегда. Учила свои ноты постоянно, да и в школе на хорошем счету была. Экзамены все эти свои на отлично сдавала. С мальчиками не общалась, да и сейчас по ним не бегает.

– И слава Богу, – слабо улыбнулась Эльвира Львовна. Естественно, она хотела, чтобы дочка нашла личное счастье, но считала, что пока той рано думать об отношениях.

– Не слава Богу, – возразила пожилая женщина. – Ей не десять лет, а двадцать уже весной будет. Пора бы и найти кого-нибудь. Я в ее возрасте уже тебя родила, да и сама ты уже замуж собиралась за своего Костю.

– Не говори мне имя этого подлеца, – мигом вскинулась Эльвира Львовна, вспомнив бывшего и единственного мужа, столь подло поступившего с ней и с их ребенком.

– А я тебе сразу сказала, что он мне не нравится, – отозвалась бабушка с достоинством. – Но ты же была влюблена, Эля, и никого не слушала.

– Мама! Хватит!

В это время вновь раздалось загадочное пение скрипки, похожее на встревоженного скворца, и обе Карловы замолчали.