Счастье на десерт

И тихо радовался, что Стеша, выбирая нижнее бельё, решила обойтись без его демонстрации.

«Посмотри, как на мне сидит? Хорошо? Или лучше вон те, жёлтенькие?»

Такого он бы точно не перенёс…

А в ювелирных?

Оказалось, что его паре категорически не понравились выбранные Кирой украшения. Массивному антиквариату и дорогому, усыпанному камнями новоделу, девушка предпочитала лёгкость, нежность и утончённый изыск. Серебро — золоту, изумруды и аквамарины — бриллиантам.

А от модных чокеров — предмета особенной любви Киры — и вовсе шарахнулась.

Увидев выражение лица Стеши, он тогда в полной мере осознал, насколько ошибся, поручив сестре подбирать для Стефании не только одежду, но и украшения.

Оказывается, вкусы двух женщин могут быть диаметрально противоположными, и что шик для одной, для другой будет оскорблением или безвкусицей.

Что ж, этот урок он запомнил на всю жизнь, больше так не опростоволосится!

А вот в букинистическом магазине Стеша буквально сияла. Жаль, что туда тоже лишний раз не вырвешься, далеко ехать.

Да и не свидание это, когда девушка по брови закопалась в груду книг и шуршит страницами, почти не обращая на спутника внимания. Он и сам любит читать, но не тогда, когда рядом желанная женщина.

В общем, днём у него не было никакой возможности продолжать ухаживания. Хорошо, что вечерами их никто не беспокоил. Но что романтичного в кухонных посиделках и совместных ужинах?

Борис переживал, что не умеет, как молодые волки, гоголем ходить вокруг волчицы, боялся, что сильно проигрывает на их фоне.

Раз Стешу не прельщает его статус, не впечатляют дорогие подарки и почти неограниченные возможности волка, то чем ещё он может её впечатлить? Ещё и время года неподходящее для романтики на свежем воздухе.

Борис ждал каждого вечера с замиранием сердца и неким предвкушением.

Странно, но за две недели ежевечерних кухонных посиделок они со Стефанией сблизились сильнее и узнали друг друга лучше, чем за три предыдущих месяца. Что удивительно, Соло притих и уже не требовал немедленно подчинить самку, не выкручивал жилы, провоцируя на близость.

Нет, Борис по-прежнему сходил по Стеше с ума, но теперь эта тяга стала иной. Более мягкой и с другим оттенком — не похоти, а нежности.

Как и раньше, он мечтал обнять её и укрыть от всех, горел от желания поставить свою печать и залюбить до звёздочек в глазах. Но отличие было в том, что теперь он ждал, когда этого же захочет и Стеша. Сама, а не под влиянием инстинкта.

Борис желал видеть, как она ему улыбается.