Разбавленная кровь

Оба клана были компактно расселены в одном городе, вероятно, потому и подличали всегда сообща. И тогда останутся только Золотые. Ага, и еще весь мир.

С каждым проверенным кланом сужался круг поисков, и, вместе с тем, каждый раз, когда надежда не оправдывалась, у него холодело внутри. Где могла спрятаться эта дуреха? Ведь за ней наверняка уже охотятся. Вспомнил амбалов Ильяса и разозлился еще больше.

Подъехали к отелю. Саха опять остановился за два квартала, только с другой стороны. Перед тем как выйти, сказал:

- Через полчаса здесь же.

Тот кивнул и спросил:

- А завтра?

- Завтра вряд ли.

Завтра его, скорее всего, не будет в этом городе.

- А может... - заикнулся тот.

- Я тебя сам найду, - сказал Саха и вышел.

Времени у него было не так уж много, только душ принять и переодеться. Как вошел в номер, скинул одежду, и сходу в душ. Стоял под прохладной водой, а в голове опять те же мысли. И странное чувство. Наконец закрыл кран, вышел, обтерся.

Взял из хранилища серый деловой костюм и к нему все остальное.

Ее запах.

Он ближе поднес к носу рубашку, потянул в себя воздух...

И вдруг догадка, совершенно идиотская.

Но, судя по всему, правильная.

Невольно поражаясь собственной глупости, Саха развернулся на месте, опустил рубашку на стул и провел крепко сжатым кулаком у самого лица. А потом... Первым побуждением было сорваться домой и высказать брату.

Схватил рубашку, резко напялил ее на себя. И замер, стискивая зубы.

Времени было мало, но он все же не смог удержать это в себе. Душила потребность высказаться, иначе его просто разорвет. Ему нужна холодная голова, чтобы говорить с Ильясом МеликХановым. А разговор будет вязкий.

Саха прикрыл глаза и сделал медленный вдох. И выдох. И так несколько раз, пока кипевшее в нем возмущение не улеглось.

- Да, - раздался наконец голос брата, спокойный, как всегда. - У тебя все в порядке?

- У меня - да. Собираюсь сейчас посетить Ильяса.

- Уверен, что справишься?

- Справлюсь.

- Хорошо. Нужен буду...

- Подожди, брат. Я вот что хотел спросить, - не дал ему договорить Саха.