Разбавленная кровь

Все валилось у нее из рук, потому что думать ни о чем невозможно. Пошла наверх, там у нее тоже была одежда. Опять бессмысленно перебирала какие-то платьица, кофточки, а в голове шум, и никак не сосредоточиться. Шорох отдался в ушах грохотом. Дрожь побежала по спине, она обернулась.

Саха стоял на верхней ступеньке лестницы. Смотрел на нее.

- Я все там разложил, - проговорил, показывая за спину. - Ты... хочешь?

Сглотнул, кадык дернулся. Взгляд метнулся на кровать и снова к ней. И по глазам видно, что не о еде он сейчас.

- Хочу... - прошептала она и потянулась к нему.

Стаскивали друг с друга одежду быстро, рывками.

Руки дрожат у обоих. Какая-то безумная жажда, дыхание с шумом вырывается, сердце стучит как бешеное. Наверное лопнет, если она не прикоснется сейчас, не почувствует его кожей.

Ну вот... Наконец. Замерли, прижавшись, стоя на кровати на коленях. На секунду. А потом словно сорвались. Жарко, жадно пить дыхание, касаться. И вот уже закрылись глаза, а тело наливается соком, расцветает под его руками и губами.

Ах-ха-хаааааа... Ааааахх...

Не сдержать стонов, когда он целует ее, гладит большими ладонями. Касается, гладит собой. Ммммм... Как же ей хочется кричать! Кажется, сейчас от страсти разорвет обоих.

И вдруг он остановился.

Уткнулся лицом в ее грудь, замер, стараясь подавить крупную дрожь.

- Сейчас... Дай мне время. Я справлюсь, - с шипением вырывается сквозь зубы.

Он хочет остановиться? Но она была несогласна.

- Нет! Прошу тебя... Я хочу все.

- Ты...

Оторвался от нее, посмотрел в глаза и на секунду замер.

- Девочка моя...

Погладил ее по щеке, не выпуская из объятий, а дыхание срывается. Кивнул.

- Хорошо. Я... постараюсь, чтобы тебе не было больно. Мы не будем спешить.

Он чуть просел на коленях. опускаясь на пятки, притянул ее ближе и прижал за талию рукой. Приподнял над собой и начал все сначала. Ласкал томительно медленно, доводил ее до сумасшествия.

Не выдержала она, захныкала:

- Са...хх-аааа!

А его хлестнуло жаром, словно кнутом.

- МОЯ Вишенка.

Вот она, точка невозврата. До сих пор еще можно было становиться.

Первое движение легкое, осторожное, только погладить собой. Еще. Чуть надавить. Еще и еще. Держаться. А дальше - как в бездну.

Сжал зубы.

- Смотри на меня... Сейчас!

С первым криком счастья расцвел в ее груди немыслимо яркий цветок силы и вырвался потоком.

Достаточно далеко оттуда на пересечении двух улиц стоял мужчина в сером костюме.